Fallout: Flames of the Dawn

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Fallout: Flames of the Dawn » Архив завершенных эпизодов » На севере ветер тянет болотом


На севере ветер тянет болотом

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

http://sf.uploads.ru/rG0N2.png

Время: 03.11.2288;
Место: север Содружества, окрестности разведбункера "Тэта";
Участники: Фрэнк Билдерс, Эйф;
Краткое описание: Все тяжёлые последствия столкновения разведчика Братства Стали с обитателями пустошей, ведомыми профессиональным рейдером, решившим, что идти в обход - это хорошая идея.

0

2

Четверо, двое мужчин и женщина с младенцем на руках, пересекали болотистую местность в северо-восточном направлении. Старые и обшарпанные, повидавшие виды деревья окружали их, под ногами хлюпала грязь, а с каждой травинки и куста, что густо заполонили собой всю сушу, норовил прицепиться мелкий гнус. Но путешественников это не останавливало – спустя недели пути, выбившись из сил и истратив почти все свои запасы, они шли к своей цели. Впрочем, у каждого она была своя. Молодая семья – совсем юная, но уже выглядящая забитой девица, прижимающая годовалое дитя к груди, и её супруг, худощавый юноша под стать жене, на лице которого, однако, читался серьёзный вызов воли наравне с упрямством – все они были переселенцами, искали лучшей жизни в Содружестве, где, как им говорили, её можно было найти. Собрав то последнее, что у них осталось, люди наняли одного единственного проводника – на большее крышек не хватало, и тот был единственным, кто согласился единолично вести горстку бедняков к земле обетованной. Но Пустоши… Пустоши не меняются.
Путешествие близилось к концу – путники достигли границ Содружества. Две недели в дороге, встреча с рейдерами и мутантами, и вот они почти у цели. Почти. К тому моменту их осталось всего трое, не считая проводника, и надежда на то, что они всё-таки доберутся, постепенно оставляла людей. Единственным, кто не питал иллюзий и рассчитывал только на себя, был Фрэнк. Он вёл выживших через топи, понимая, что больше ему не заплатят – единственное, чем располагали ведомые, их собственные жизни – и те могли упорхнуть в любой момент. Крайняя причина, по которой он вообще взялся за это дело – мимолётное желание помочь ближнему, оказавшемуся в тяжелом положении, и именно сейчас его начала одолевать досада за принятое решение. Но уговор есть уговор, а значит, довести до конца, в прямом и переносном смысле – главная задача.

- Ненавижу болота.
- Тебе не надоело повторять это без конца? – не скрывая раздраженности, устало спросил мужчина, запрокинув самодельный карабин за шею, чтобы тот не цеплялся стволом за кусты.
- А тебе не надоело слушать визг твоего щенка? – тихо огрызнулся рейдер.
Младенец на руках мамаши громко плакал, не унимаясь, то ли от голода, то ли от холода и сырости, но скорее от всего этого сразу. Женщина пыталась унять его, но без толку – детские вопли далеко разносились по болотам, стелясь над жухлой травой, продираясь сквозь сухой кустарник и утопая в глубоких лужах, заполненных зловонной жижей, тиной и тучами мошкары.
- Это ребёнок, Фрэнк.
- Да я уже понял это два часа назад, как это исчадие начало реветь. И больше всего меня беспокоит, что на крики прибежит кое-кто посерьёзнее, чем бл*дские насекомые. – Билдерс прихлопнул на щеке сразу трёх присосавшихся комаров, и ладонь щедро окрасилась кровью и внутренностями гнуса, - Ненавижу комаров.
- Напомни, почему мы идём этим путём?
- Сраная радиоактивная буря. Поэтому Содружеству я предпочту любые другие земли. Ненавижу бури.
Парень тяжело вздохнул и сбавил шаг в ожидании, пока его не нагонит отставшая супруга.
- Дай-ка мне его, милая. Ты уже с ног валишься. – откинув винтовку на ремне за спину, он взял малыша к себе и принялся убаюкивать.
Казалось, эти двое ещё держатся, но глаза и лица врать не могут – они были деморализованы. В конце концов, вся троица, включая ребенка, чертовски выдохлась. Они не поспевали за проводником, и тот, к своему негодованию, вынужден был умерить шаг. Лишь понимание действительности и обязательство останавливало мужчину от того, чтобы бросить несчастных. Две недели назад это была пусть и бедная, но относительно полная и, наверное, счастливая семья, где помимо отца и матери был ещё дедушка и дядя с тётей. В первую же неделю пути девица лишилась отца, а её муж родного брата. Они понимали, что, скорее всего, придется столкнуться с подобным, но в итоге оказались не готовы. А два дня назад непонятная тварь под покровом ночи заявилась к привалу и, наведя изрядно шороху, скрылась в темноте, прихватив с собой одну из женщин. Что это был за монстр, не успел понять даже Билдерс, но с тех пор он вынужден был регулярно нести ночную вахту и спать вполглаза.
- Поменяйте вы ему уже пеленки, в конце концов! Или покормите. Реально, пацан задрал орать.
- Это девочка. – поправил отец, не отрывая взгляда от малышки и тщетно пытаясь убаюкать её.
- Она не хочет есть. – подала голос мать, впервые за день.
- Ну, значит, не голодна…
- Не ела со вчерашнего дня. – глаза девушки заблестели от подступивших слез.
Вообще, изначально затея была обречена на провал. Лишь у половины команды, если не брать в счёт Билдерса, было огнестрельное оружие, не говоря уже о запасе патронов. Когда убили первых двух, их пушки перешли «по наследству» другим, но появившийся баланс продержался недолго. У ружья старика раздуло ствол, и пришлось спилить его, превратив в оружие исключительно ближнего боя. Ночной монстр-похититель умудрился утащить бабу вместе с охотничьей винтовкой, коей та пыталась отбиться. В итоге на руках у переселенцев остался только пресловутый обрез и самодельный карабин, и оба ствола нёс единственный выживший глава семейства. Благоверная его стрелять нормально не умела, и под конец пути так ослабела, что без всякой ноши едва держалась на ногах. Теперь ещё и это.
- Плохо дело. Мне кажется, она простудилась. Нужно сделать привал и согреться.
- Да ты ё*нулся. Не раньше, чем выйдем из этих сраных топей. А если пискля не дотянет до этого момента, то и сейчас толку от остановки не будет.
- Фрэнк, я понимаю, что ты настроен как можно быстрее выполнить свою работу, и ты уже провёл нас через многое, но сейчас нам действительно нужно…
- Цыц! Т-шш… - внезапно обернулся рейдер и, приложив палец к губам, жестом приказал всем замолкнуть и пригнуться.
Впереди, в какой-то сотне метров от группы, из густых зарослей камыша посреди болотца донёсся шорох и тихий плеск воды. Никто из ведомых ничего не понял, пока не зашлась мелкой рябью тина над поверхностью болота. Что-то или кто-то в большом количестве выползал из кустов прямиком в воду, передвигаясь в сторону группы.
- Что это? – шепотом спросил парень, тихонько передавая ребенка жене и готовя оружие.
- Болотники. Дох*я болотников. – констатировал проводник.
- Что будем делать?
- Сидеть тихо. Они нас не заметили, могут пройти мимо.
У берега вода забурлила, и через несколько секунд оттуда действительно выполз болотник, а за ним ещё один, и ещё, и ещё. Десятки тварей единой стаей выкарабкивались на грязь и тихонько попискивали, стряхивая с себя налипшую тину и комки ила. Они были совсем маленькие, детёныши, но их было много, чертовски много. Приведя себя в порядок, они рассредоточились по вытоптанной полянке перед гнездом и принялись копошиться в земле, выискивая корм.
Жестами Фрэнк указал группе путь в обход выводка. Двигаясь очень медленно и осторожно, люди начали огибать их по очень большой дуге, постепенно удаляясь. Возможно, и удалось бы благополучно миновать мутантов, если бы только ребёнок, поначалу притихший, не взялся вновь за старое. Тут уже рейдер не выдержал и, вооружившись лицевой повязкой и игнорируя протесты отца, попытался хоть как-то приглушить ею разоравшееся чадо. В какой-то степени это даже удалось и помогло бы, если бы только папаша, запаниковавший, видимо, от мысли, что тот сейчас задушит его, не оказал сопротивление. Избавившись от кляпа, побеспокоенная девочка вновь начала вопить с удвоенной силой, и этого, увы, оказалось достаточно, чтобы привлечь внимание болотников. Сначала над травой поднял голову один, за ним второй, третий – и вот уже вся стая встревожилась, запищала наперебой, а затем поползла в сторону нарушителей спокойствия.
- Бежим!
Подгонять никого не пришлось – едва завидев волну белесых панцирей, с громким визгом ползущую навстречу, переселенцы бросились бежать вслед за проводником. Тому в свою очередь выбирать не приходилось – только прямо, подальше от гнезда. Пусть эти твари и шустрые, но долго преследовать они не будут, особенно без мамаши.
Билдерс, в отличие от своих горе-клиентов, мог бежать едва ли не вдвое быстрее, и потому запас хода тратил, постоянно оборачиваясь и подгоняя бегущих. Болотники не отставали – несколько самых проворных заметно выбились вперед стаи и почти догоняли людей.
- Не стрелять! Не вздумай пальнуть, сукин ты сын! – ожесточенно прикрикнул Фрэнк на парня, который уже приготовил обрез, видя, как к нему и его жене подбирается самый быстрый из гадов.
Но мужчина был настроен серьёзно. Лишь бросив короткий взгляд на рейдера, он со всей решительностью продолжил начатое. Отчасти можно было понять его поведение, направленное на защиту семьи, но лишь отчасти. Когда детеныш подобрался совсем быстро и заверещал, готовясь накинуться на ногу отстающей женщины, парень прервал прыжок, выстрелив из ружья. Грохот жутким эхом разнесся по болотам. Несчастного болотника разнесло в клочья, а остальные резко сбавили ход, разом притихнув. С деревьев в воздух поднялись стаи перепуганных ворон, но вместе с ними из глубин болот поднялось что-то ещё.
Путешественники могли пройти мимо здоровенной глыбы, неподвижно чахнущей в вонючей луже неподалеку, и ни за что не признать в ней членистоногую матку. Та, в свою очередь, проигнорировала бы их, держись люди на почтительном расстоянии, а даже если и ближе подошли бы, продолжила дремать в теплой жиже. Но когда до её слуха донеслись чрезвычайно обеспокоенные голоса детёнышей, впервые выбравшихся на поверхность, она моментально сбросила с себя всякий сон и насторожилась. Стая малышей двигалась в её сторону, но вместе с ними двигалось что-то ещё, что те преследовали. Раздавшийся выстрел переполнил чашу терпения, и чудище поднялось из своей лужи.
Едва стихло эхо, как его тут же сменил громогласный клёкот матки болотников. В одно движение смахнув с себя куски грязи и водорослей, чудище заявило о своём присутствии. Завидев надвигающуюся громадину, переселенцы не на шутку струхнули. Фрэнк привёл их в чувство, громко окликнув и чуть ли не волоком потащив обоих в обратном направлении. Там, куда они бежали на этот раз, сквозь деревья проглядывались какие-то утесы, и странники из последних сил помчались туда. А за ними, содрогая вязкую почву тяжелой поступью, уже мчался смертоносный великан в сопровождении верещащего выводка.

Болота остались позади, и на смену им пришёл скалистый пейзаж. В другое время можно было вдоволь насладиться открывающимся видом, но только не сейчас, когда по пятам, не отставая ни на шаг и даже догоняя, с пробирающим до костей урчанием мчалась рассвирепевшая тварь. Не нашлось ни единого закутка или расщелины, где можно было пролезть людям, и где бы до них не добрался мутант, и потому тем оставалось только бежать, превозмогая физическое истощение и отстреливаясь от догоняющих болотников. Каково же было облегчение, когда группа увидела бетонное строение, уходящее в скалу. Это был бункер или нечто подобное, за массивной стальной дверью которого можно было найти убежище от чудовищ, но только в том случае, если та не была наглухо запечатана. Завидев его, Фрэнк ускорился, первым добежал до ворот и с удовлетворением отметил, что те приоткрыты. За ними, конечно, мог находиться кто угодно с какими угодно намерениями, но он точно не был так опасен, как живой танк из хитина, что настигал их. Ухватившись за створку обеими руками, рейдер что было силы дёрнул её на себя. Послушался скрежет ржавых петель, и ворота сдвинулись на пару сантиметров…но не более. При всей силе Билдерса, тому не хватало, пожалуй, совсем немного.
- Живее, сюда!
Выбившиеся из сил, переселенцы едва волочили ноги. Сделав два выстрела в набегающих сзади болотников, мужчина бросил оружие – патронов к нему больше не осталось. Ещё один детеныш вмиг догнал его и, разинув жвала, бросился в атаку. Грохнул выстрел, и винтовочная пуля пронизала его хрупкое тело насквозь. Фрэнк передернул затвор и сразу же выстрелил в другую ближайшую тварь, и так повторил ещё несколько раз, пока парень наконец не добежал.
- Хватайся за дверь и тяни!
Вместе они взялись за переборку. Конечно, совсем немного проку было от изможденного человека, но тех крупиц хватило, чтобы дверь подалась и медленно, но верно начала открываться. Оставалось совсем немного, чтобы образовался зазор, в который смог бы пролезть человек.
- Джонатан!
Девушка отчаянно закричала, завидев целую группу хищников, подползших совсем близко. Заслышав её и крики ребенка, вторящего матери едва ли не вдвое громче, мужчина бросился на выручку, оставив дверь и пунцового от натуги проводника. Тому ничего не оставалось, кроме как помочь ему. На ходу перезаряжая двустволку, отец выбежал наперерез болотникам и с обоих выстрелов уложил соразмерное количество детенышей, но тут же был атакован со всех сторон ещё несколькими тварями. Те в момент повалили его и принялись больно кусать, разрывая одежду и плоть. Ещё два выстрела из винтовки навечно успокоили сразу трёх, пройдя сквозь мягкие тельца навылет, а последнего рейдер отфутболил пинком. Не дожидаясь, пока человек встанет, Фрэнк схватил его за воротник и потащил к бункеру.
Вырулив из-за скалы словно здоровенный бульдозер, матка увидела мертвые тела своих детенышей и их обидчиков, собравшихся возле бетонной скорлупы. С трудом развернувшись, она заревела громче прежнего и, взрывая ногами землю, взяла такой быстрый старт, что любой спринтер позавидовал бы. Ещё немного, и она врезалась бы в бункер, раздавив собой всё и вся, что окажется на пути.
- Открывай! – заорал рейдер не своим голосом и, не дожидаясь помощи, вцепился в проклятую дверь.
Откуда-то последовало три выстрела подряд. Кто-то стрелял из винтовки, возможно, полуавтоматической. Так или иначе, все три выстрела пришлись в морду набегающей громадины, и, надо отдать должное, это заставило её сбавить скорость, но вот рёв после этого она издала такой, что не только у всех уши заложило, но и дверь, кажется, завибрировала. Так или иначе, это помогло – не рассчитывая уже на других, Билдерсу удалось ещё немного приотворить переборку, и теперь туда можно было пролезть по одному. Но было поздно – часть детенышей, опередившая матку, добрались до людей и в едином порыве бросились на них. Кого-то Фрэнк застрелил из пистолета, кого-то они отпихнули врукопашную, но в итоге потеряли драгоценное время.
Билдерс оказался первым, кто протиснулся в бункер, таща за собой остальных. Недолго думая, он сразу же втянул следом первого, кто попался под руку, и это была женщина с ребенком. Её муж приложил все усилия, чтобы та попала внутрь как можно быстрее, но сам не успел. Она всё ещё сжимала его руку, силясь спасти, как в этот момент гигант врезался в бункер и мгновенно захлопнул своим телом стальную плиту.
Нестерпимый звон металла отразился от стен бетонной коробки и так резанул по барабанным перепонкам, что Фрэнк окончательно оглох. С минуту он, словно контуженный, шарахался по сторонам, прижав уши ладонями. Всё вокруг кружилось и дрожало, то ли от потрясения, то ли от того, что бесноватая тварь ломилась внутрь, ломая конечности и жвала о крепкие стены бункера. Когда, наконец, пронзительный писк в голове начал проходить, первое, что расслышал мужчина, был истошный крик ребенка и глухие, но уже заметно ослабевшие толчки монстра снаружи. Младенец, закутанный в покрывало и пеленки, валялся на полу, среди пыльной грязи и прочего мусора. Рядом, протягивая к нему единственную руку, в полубессознательном состоянии лежала девушка. Чертыхаясь вслух, рейдер достал фонарь, несколько раз выжал педаль динамо-машины, и когда лампа зарядилась, осветил помещение. Первым делом он бросил луч на дверь – та плотно захлопнулась и даже примялась. С одного её края, через который люди протиснулись внутрь, стекала кровь и торчали свежие обрывки плоти. Направив фонарь на женщину, Билдерс воочию убедился в своей догадке. В последний момент её правую руку по локоть отхватило железом. Единственным верным решением в данный момент было перехватить культю жгутом и остановить кровотечение, что мужчина и сделал. Стянув с себя ремень, он бесцеремонно повернул девушку на здоровый бок и сильно стянул огрызок руки на два пальца выше раны. Находясь в шоковом состоянии, та всё равно закричала не своим голосом, чем доставила ещё больше страданий и без того натерпевшимся ушам проводника, но, в конце концов, потеряла сознание и сникла. Теперь оставалось что-то решить с ребенком, но всё, что Фрэнк мог сделать, это положить девочку рядом с бесчувственным телом матери. Удовлетворившись этим, рейдер сел напротив, прислонившись спиной к стенке. Переводя дух и размышляя, что делать дальше, он шарил лучом фонаря по бункеру. Помещение было не одно, из него имелась пара проходов дальше, но идти исследовать их было не время. По крайней мере, не сейчас. Пусть эта гадость снаружи успокоится, уйдет куда-нибудь. Да и интересно, кто стрелял тогда? Впрочем, не важно – наверняка это случайный прохожий (если случайный, конечно) предпочёл не связываться с монстром. Ну и чёрт с ним.
- Ненавижу болота…

+1

3

Размеренность и однотипность дней характеризовалась тем, что к концу первой недели в дозоре Эйфория Флинн, при очередном обходе ответственной территории, могла с уверенностью судить о том, как порос мох на камне. Не было ничего удивительного в том, что к самым границам Содружества, далеко за чертой старого Бостона, в длительный патруль с разведкой отправили именно её. Да и она была не то что бы против. Места здесь, как ни крути, были живописными, - особенно на фоне Столичной Пустоши, откуда отряд перебрался. Но тот факт, что ничего не происходило, всё же заставлял если не заскучать, то хотя бы понадеяться на то, что приказ с базы придёт как можно скорее. Не любящая сидеть на месте Эйф делала обходы, набрасывала карты, обновляла координаты, затирала следы и выискивала новые тропы и тайники с энтузиазмом, но не понимала, что подобное усердие в конечном итоге вынудит её последние дни дозора просиживать вообще без дела. Но так уж была устроена Флинн.

Точек интереса здесь было не так и много, скалистая местность позволяла справляться с наблюдением без лишних проблем и затруднений. Укрепление рейдеров на западе, за болотами, стояло тихо и подозрительно мирно, даже мутировавшие обитатели болота спокойно дремали и охотились лишь в своей тине, изредка забредая за полосу берега. Проблем ни первые, ни вторые не доставляли, - Эйф лишний раз на рожон не лезла, и, меняя свои временные укрытия и лагеря, точно так же не привлекала ничьего внимания.

Вот и сейчас она спокойно устроилась на небольшом покатом уступе, сквозь оптический прицел винтовки проглядывая расстилающееся перед ней пространство. Путников здесь практически не было, а те немногие дикари, выбирающиеся из своего лагеря, никогда не ходили в сторону болот, что, впрочем, было совсем не удивительно. Именно поэтому, когда наконец что-то случилось, Эйф не просто переключила всё своё внимания на происходящее, а была даже в какой-то мере рада. Если, конечно, вообще можно радоваться отдалённый звукам стрельбы, обрывками доносящимися до её укрытия. Пришлось перебираться на другой склон, скользя по каменистой насыпи, стараясь в спешке не навернуться.

Когда разведчица заняла удобную для обзора позицию, выстрелы повторились. Чуть позже Эйф сумела поймать в прицел потревоживших покой людей, поспешно выбирающихся из тины. Стайка болотников, которая за ними поспешила, сначала даже не обеспокоила Эйф: с ними разобраться было не так сложно при необходимости. Но приближающийся гул и шумные всплески воды заставляли напрягаться. Каким тихим это место было до, и чем же надо было думать, чтобы разбудить матерь болотников? Сетуя про себя на умственные способности людей, которые, во-первых, вообще сюда забрели, а, во-вторых, по самые уши влезли в болото, Эйф вновь поспешила сменить позиции.

Местность она знала хорошо, а потому, перетянув за ремень винтовку за спину, сорвалась по не такому крутому склону пересекать расстояние таким образом, чтобы оказаться на ощутимой высоте над дорогой, где, очевидно, должны будут бежать люди. Опередить их всё же удалось, а потом, заняв удобную для стрельбы позицию, разведчица успела выстрелить трижды. Затем вновь пришлось срываться и, укрываясь ухабами и ветвистыми сухими деревьями, незаметно обгонять всю процессию. Матка болотников, на лицо приняв три патрона калибра 308, пусть и замедлилась, но останавливаться не собиралась.

И как же всё становилось сложнее, когда нерадивым беглецам вздумалось укрыться в том месте, недоступность которого была едва ли не ключевой задачей Эйф! Мысленно уже и так, и эдак их отругав, она лишь могла отметить, что, по крайней мере, люди спаслись. С горем пополам. Теперь проблемой стали и они сами, но прежде, чем решать эту задачу, стоило разобраться с болотниками. Как минимум заставить их уйти от бункера. Отвлечь внимание, например, стараясь не выдавать своей позиции, и отвести назад к болотам без лишней стрельбы, чтобы они, оказавшись в родной обстановке, могли успокоиться.

Дав затаившимся в разведбункере людям фору едва ли в полтора часа, Эйф возвращалась назад. Крайне огорчённая тем фактом, что никто из скрипторов так и не прибыл, чтобы заблокировать бункер, она уповала лишь на то, что обесточенный и опустошённый, бункер казался действительно заброшенным. Стоило объяснить этим людям, что укрытие это – временное. А затем, по доброте душевной, вывести их подальше, уповая на то, что сбор разведданных и слежку они никак не скомпрометируют. Было кое-что в этом всём, что мешало Эйф поступать по всем правила организации. И это что-то сейчас наверняка рыдало и верещало.

Проникнуть в бункер тихо Эйф даже не надеялась. Плотная сейф-дверь скрипела и скрежетала, еле-еле отворяясь, а затем хлопнула с такой силой, когда Эйф всё же умудрилась пролезть внутрь, что надежды на то, что ребёнок будет громче, были наивными. Ничто в разведчице не выдавало принадлежности к своей организации: поверх классического защитного тёмного комбинезона (форменного, но мало кто вообще знал, что есть члены Братства Стали не в этих «консервных банках») был накинут оптимальный для болотистой местности пыльник, прикрывающий нашивки. Тяжёлая снайперская винтовка с отлаженной оптикой в руках девушки всё же говорила кое о чём, но, в целом, как-либо идентифицировать эту женщину было сложно.

По скрипучей лестнице с винтовкой наготове она спустилась достаточно уверенно, надеясь, что стрелять не придётся, - впрочем, готовность в руках далеко не первый раз сжимающий оружие чувствовалась. Братство Стали, увы, редко вело переговоры. Откинув капюшон пыльника, хоть как-то подчёркивая в полумраке бункера свои намерения, она остановилась у лестницы, уже успев привлечь внимание. Хотела бы стрелять – давно спустила бы курок. Эйф лишь надеялась, что подобная логика очевидна.

- Не лучшее укрытие, - кротко заметила она, быстро оглядывая собравшихся. Свободной рукой потянулась к внутреннему карману пыльника. Извлекла шприц с популярным анальгетиком и бросила его в руки самого крепкого из собравшихся здесь людей, - «Мед-Икс». Знаешь как ставить?

+1

4

Голова  гудела как старый дизельный генератор, и детский плач только усугублял и без того дерьмовое состояние. Ребёнок то затихал, давая маленькую надежду, что это был последний его вопль, то вновь разражался криками и стенаниями. Чёрт побери, да если ты действительно серьёзно болен, как сказал твой покойный папаша, то откуда в тебе столько дури, чтобы так орать? Нет, это исчадие ада нужно было заткнуть, иначе прощай рассудок. В какой-то момент Билдерс всерьёз задумался над тем, чтобы прикончить девку и её отпрыска прямо на месте – делов-то, взять вон тот огнетушитель и припечатать обоих по голове. Но, подойдя к обшарпанному красному баллону и пнув его, на полном серьёзе прикидывая вес и необходимую силу, чтобы размозжить черепа с первого удара, мужчина всё-таки одумался. Нет, так делать нельзя, это против принципов. Конечно, если бы дело было только в них, но, если быть честным до конца, то никто больше не поведётся в третий раз на историю о том, что всю группу перебили, а проводник живой и здоровый. Хоть на собственном горбу, но эту суку следовало дотащить до пункта назначения, и пусть катится ко всем чертям.
Посторонние мысли отвлекли от головной боли, и рейдер почувствовал себя лучше. Раз уж он встал на ноги, стоило осмотреться. Первым делом мужчина прислушался к звукам снаружи. Тишина. Кажется, болотникам быстро наскучило держать осаду, а может, их просто отвлек кто-то посущественнее – например, тот, кто стрелял издалека. В любом случае, это было лучше, чем коротать неопределенное количество времени, слушая тихий скрежет жвал. Продолжив осмотр, Фрэнк лишний раз убедился, что уход мутантов действительно был кстати. Бункер оказался гораздо меньше, чем почудилось сначала – больше похоже на огневую точку или излишне укрепленную сторожку. Два прохода создали ложное впечатление об объёме помещения – один из них оказался продолжением главной и единственной комнаты, где по углам стояли кровати, а другой вел в отгороженный угол с санузлом. Но в первую очередь мужчина отметил следующее: несмотря на то, что всё вокруг было покрыто изрядным количеством пыли, ничто не говорило о том, что это место заброшено. Да, оно пустовало, и пустовало довольно долго, но судя по тому, в каком порядке расставлена мебель и предметы быта, и их общему состоянию, напрашивался вывод, что бункер кем-то да используется по сей, просто между визитами хозяев проходит внушительное количество времени… Либо просто кто-то ленится лишний раз махнуть веником и пройтись мокрой тряпочкой по полкам. На последних, надо сказать, имелись кое-какие вещи, говорящие о назначении этого места куда больше, но мало что из них привлекло внимание рейдера. Главное, можно было быть спокойным относительно незваных гостей – если таковые и будут, вход сюда им только один.
Билдерс выключил фонарик и сел напротив переборки. Зверюга знатно её помяла, но при помощи подручных средств наверняка удастся открыть изнутри без особых проблем. Младенец, видимо, устал кричать и перешёл на тихий плач. Довольствуясь этими блаженными минутами относительной тишины, Фрэнк сложил руки на коленях и опустил голову. Теперь, хотя бы, можно было поразмыслить над ситуацией более детально. Будь у кого-нибудь из них медикаменты, можно было, не дожидаясь пробуждения женщины, заняться травмой. Что-то, если память не изменяет, было в рюкзаке у того парня, но он снаружи, а возиться с дверью пока что не хотелось. Сейчас бы вздремнуть часок другой.
Занятый мыслями и сосредоточенный на них, мужчина не заметил, как кто-то подобрался к двери снаружи, но когда незнакомец начал вскрывать её, скрип и скрежет наполнили собой всё пространство бункера и разбудили бы, наверное, даже мертвого. Но кого эти звуки точно встревожили, так это ребёнка. Тот вновь впал в истерику, и план с огнетушителем вновь занял одно из первых мест в голове рейдера. Ей-богу, да сколько же в этой мелкой пакости сил, уже можно было весь голос сорвать! Понимая, что от незваных гостей, как правила, добра не жди, Фрэнк занял оборонительную позицию на том же месте, где и сидел. Последний патрон из магазина был дослан в ствол винтовки, и та нацелилась в проход. В полутьме, да на короткой дистанции, прицелиться через оптику было невозможно, но даже если попадания из карабина будет недостаточно, под рукой был пистолет. Тот, что возился с переборкой, открыл её и уже спускался вниз, точно был человеком, а значит, свинца на него хватит.
Палец решительно прижался к спусковому крючку, когда незнакомец в плаще и с винтовкой очутился на прицельной линии. Вторая рука щелкнула переключателем фонарям, и узкий луч света упал на вошедшего. Реакция того (как выяснилось позже, к счастью) оказалась нетипичной. Приметив Билдерса, она откинула капюшон, давая понять, что не намерена сразу идти на конфронтацию.
- Я вижу – хрипло ответил мужчина, и сам внутренне поежился от того, каким страшным эхом отозвался его собственный голос.
Рейдер было напрягся, когда женщина сунула руку под полог плаща, но своевременно сообразил, что к чему. Предмет, брошенный ему гостьей, оказался шприц-тюбиком с морфином, и Фрэнк впотьмах не сразу поймал же поймал его - пришлось шарить по полу и лишь потом рассматривать надписи. «Мед-Икс», какая щедрость. С огромным удовольствием ширнулся бы им самолично, но, увы, инъекция предназначалась другому, кто нуждался в неё больше всего. Хотя, это ещё с какой стороны посмотреть – ребенку химия ни к чему, искалеченной дамочке и подавно, сама скоро преставится, а настрадавшемуся проводнику самый раз. Говорят, все болезни от нервов, стареешь быстрее. Но злоупотреблять человеческой добротой Билдерс не любил и не хотел – слишком дефицитная вещь на Пустошах, на рынках не продаётся.
- Не сложнее, чем слэшером поставиться. – Фрэнк не столько устало, сколько с неохотой поднялся и подошёл к увечной, на ходу срывая колпачок с иглы.
Место для укола долго выбирать не пришлось – отступить ладонь от жгута и сразу в плечо, точнее, в то, что от него осталось. Даже без фонаря было видно, как много крови потеряла девушка – и раньше была вся какая-то ущербная, а сейчас вообще бледная как смерть. Обезболивающее подействовало быстро , и уже через несколько секунд женщина медленно заворочалась.
- Моя девочка… Где она… - едва слышно сорвалось с её губ.
- Не знаю, кто ты, но ты реально помогла. – обратился рейдер к таинственной незнакомке, - Вот если ещё и карапуза заткнешь, вообще расцелую.
Фонаря, оставленный в коридоре, отсвечивал вглубь бункера, и благодаря ему Билдерс смог лучше рассмотреть гостью. В своей накидке, да ещё с солидным огнестрелом, она походила на профессионального снайпера на задании. Такие обычно маскируются в зарослях или среди камней, поджидая караван или чей-то конвой, чтобы серией точных выстрелов сразить нужных людей. Потом растерянных и лишенных основной боевой силы людишек добирает выскочившая из укрытий остальная банда, а стрелок либо прячется до конца побоища, либо оказывает поддержку огнём – довольно известный и эффективный, но редко реализуемый на деле приём среди рейдерских шаек в силу низкой подготовки. Если эта была из таких, то, должно быть, весьма крутые перцы помышляют поблизости., либо налицо какая-то странная затея, непонятная простому обывателю. Пустоши и Содружество для тех, кто понимает толк в этом – разные вещи. Уроженцы одного часто теряются, сталкиваясь со вторым. Вот и Фрэнк, кажется, оказался немного сбит с толку таким интересным визитом. Чутьё путешественника подсказывало ему, что где-то за всем этим добродушием скрывается жёсткая подлянка, совершенно не очевидная на первый взгляд, но от того, наверное, ещё изощреннее. И хотя он не подал виду, но внутренне насторожился, напрягся, ожидая неприятностей и внимательно следя как за словами и действиями оппонента, так и за своими собственными.

+1

5

Военная выучка и организованность, присущая всем членам Братства Стали, порою была способна убить последние человеческие аспекты даже в тех, кто в рядах Братства оказался по чистой случайности, - или, как в случае с Эйф, из-за безысходности. Вот и теперь, наблюдая, как мужчина делает инъекцию молодой матери, Флинн была поглощена скорее продумыванием дальнейшего плана, нежели выражением какого-либо сочувствия или прочим проявлением эмпатии. Когда с анальгетиком было покончено, к боку прижав винтовку, разведчица прошла вглубь бункера.
- Подсвети, - бросила мужчине и аккуратно присела рядом с покалеченной девушкой.

Эйф не была профессиональным медиком, но полевая солдатская медицина входила в одну из ей функций - скрипторы-агенты обеспечивали поддержку на поле боя и во время походов, так что кое-что в обработке ран она понимала. Практики было больше, чем хотелось бы. Это было очевидно по тому, как она осматривала зону поражения и рваную культяпку молодой матери: без пренебрежения или боязни, осторожно и аккуратно.
- Дело плохо. Нужно прижигать ткани. Без сепсиса точно не обойтись. У меня лагерь неподалеку, есть медикаменты, немного воды и еды. Сможешь нести женщину? Я возьму ребёнка. Идти не очень далеко, но в гору.

- А...Ага - мужчина выглядел серьёзно задумавшимся, и вопрос отвлек его, - Погоди только минутку.
С этими словами тот направился к выходу. Выглянув из вскрытой двери, он осмотрел место недавнего побоища. Мертвые болотники, огрызок руки, вещи погибшего - впрочем, тела его не видать. Сожрали, твари, но хотя бы шмотьё за собой не утянули. Украдкой рейдер добрался до оброненного рюкзака, стряхнул с него кишки болотников. Под одним из тел детенышей блеснул вороненый ствол обреза. Что же, тоже пригодится, патроны-то есть. С находками мужчина вернулся обратно.
- Идти далеко?

Пока мужчина занимался одной из самых распространённых на пустошах деятельностью, - собирательством, - разведчица, особо не высовываясь из проёма тяжёлой бункерной двери, осматривалась по сторонам, “прикрывая” собирателя от неожиданностей. Когда со сборами было окончено, а поводов для тревоги пока что обнаружено не было, Эйф вернулась за младенцем. Понимая, что груз это требующий особой осторожности, разведчица вновь убрала винтовку за спину, понимая, что рискует быть пойманной врасплох в таком случае. Но младенец есть младенец, иначе заест совесть. В конечном итоге ребёнка держала обеими руками, припоминая семейное прошлое в караване.
- Не очень, - Флинн кивнула в нужном направлении, - Идём осторожно по тропе вдоль скалы, потом наверх. Склон не крутой, но с ношей сложнее. И смотри по сторонам.

Не церемонясь, мужчина вытряхнул рюкзак. Посыпались ложки, банки, какие-то тряпки и обертки - словом, мусор. Но среди него оказался и початый бумажный свёрток с патронами 20-го калибра, кухонный нож, переточенный под шкуродер, и баночка таблеток от головной боли.
- То, что нужно. - довольно заметил рейдер, и неизвестно, чему он был рад больше, патронам или обезболивающему.
Хотя даме со снайперской винтовкой и предстояло указывать путь, тому никак не хотелось держаться позади - руки у неё были заняты кое-чем, что женщины обычно готовы променять на собственную жизнь, и при всём желании надеяться, что она просто так выбросит его, не стоило - достаточно было посмотреть на то, как она прижимает младенца, налицо отголосок давнего или не очень прошлого. Конечно, мужчина не налегке шёл, но ему хотя бы ничего не стоило бросить инвалида и заняться самообороной. Но если честно, то бросать-то и нечего - в девке от силы килограмм тридцать, худоба на худобе. И как такие вообще умудряются детей рожать?
Рейдер старался держаться сбоку, не ленился оглядываться. На одном плече он тащил женщину, перекинув через себя, а вторая рука была свободна, и её он распределял снаряжение и трофей по карманам, даже умудрился перезарядить обрез.
- Выглядит так, будто я умер, и иду на небеса, а ты архангел или кто-то вроде того. Но если в раю всё выглядит так же ущербно, то, хе-хе, я бы не хотел оставаться там навечно. - наконец проговорил он после длительного молчания.

- Все там будем, - добродушно бросил Флинн своему случайному попутчику, - Не торопись с выводами.
Предположив, что сегодняшние переживания для этого мужчины являются резоном достаточным для странного поведения и частично нелепых фраз, Эйф не стала комментировать подобное сравнение как-то колко. Да и вообще, разговоры были лишними, даже тихие. Итак после всей этой суматохи следы придётся заметать несколько часов. Поэтому следопыт предпочла продолжать путь в тишине, кивками и коротким "Сюда" направляя своего попутчика. В скором времени тропа продолжилась в другом направлении, а нагруженные путники свернули в другом. Обогнув склон одной скалы и оказавшись в небольшом ущелье, она, наконец, остановилась. Давая небольшую передышку идущего пусть и не с самой тяжёлой, но всё же ношей, Эйф пояснила:
- Готовься, здесь начинается подъём.

Каменистая насыпь холмов, скорее всего образованная каким-то давнишним обвалом и сколом, позволяла взбираться по ней, даже не такой и крутой, только тем, кто хорошо стоял на своих двух и передвигался уверенно, - расположить свой лагерь в более доступном месте Флинн никак не могла. К тому же, когда спустя полчаса страданий и проверок, не повалился ли мужчина вниз, плато стало ровнее, стало понятно, почему она выбрала именно это место. Её лагерь, обустроенный из плоского камня, небольшой походной сумки и прибранного места для костра, располагался в небольшой низине, естественной трещине ощутимо перед уступом. Таким образом она скрывала своё присутствие и имела возможность сверху осматривать окрестности.
- Давай, устраивай ей внизу.

Какое-то время пришлось возиться с огнём. Процедура скорее длительная, а не трудоёмкая. Когда костёр, наконец, засиял огнём, Флинн извлекла из ножен на голенище охотничий нож. Уберегая рукоять от языков пламени, осторожно устроила крепким лезвием над огнём. Ещё какое-то время потратила на то, чтобы среди собственных запасов найти чистый бинт. Отрезала немного, свернула в прочный жгут и протянула мужчине:
- В рот. Будет больно. Надо прижигать и убирать ткань. Так что держи её крепче. И говори с ней. Если она потеряет сознание, анальгетик не поможет. И, серьёзно, держи её так крепко, как только можешь.

Ребёнка перед началом "медицинских процедур" еле как удалось утихомирить. Флинн пришлось устроить его на собственной сумке, предварительно напоив из своей же фляги. В конце концов утомлённый, младенец задремал. Тревожно, иногда дёргая своими пухлыми ручками. Но, по крайней мере, уже не рыдал. Дождавшись, пока нож раскалится, натянув назад крепкие кожаные перчатки, Эйф уверенно взяла его в руки и обернулась к мужчине, кивнув ему. Ждала его готовности.

+1

6

Лагерь, о котором говорила женщина, поражал своей простотой, скромностью и спартанским обустройством. По крайней мере, он оправдывал предположение, что снайпер обитала в этом месте сугубо с деловым интересом. Каким именно, Билдерс решил не спрашивать, уж точно не сейчас. Значит, её группа засела где-то неподалёку и, как вариант, могла наведаться к дежурному стрелку. Наверное, их и приметил рейдер, когда они шли к укрытию. Издалека сложно было разглядеть тех троих (а может, их было больше), что украдкой пробирались среди  камней, но делать замечание по этому поводу мужчина не спешил. Если догадка верна, то и церемониться нет смысла, а если нет… Что же, у них достаточно стволов, патронов и выгодное положение. Заметила ли их незнакомка – вопрос спорный, но раз не беспокоится, значит либо да, либо ей тоже по барабану, учитывая всё вышеперечисленное.
Уложив молодую мать близ кострища, Фрэнк снял с себя и другое тяжелое снаряжение и, облегченно вздохнув, принялся за дело. Пока снайперша разжигала костер и готовила всё для операции, мужчина проверил оружие и привёл его в боевую готовность. Опустошенная винтовка подверглась перезарядке, и для этого сперва потребовалось облагородить патроны – старые и помятые гильзы ещё годились, но вот пули успели отсыреть, и пошли бугорками ржавой шубы. Пришлось срезать и счищать их ножом, придавая гладкость. На их место в патронташе отправились патроны к дробовику, благо, те хорошо и плотно помещались в гнезда. Интересно было по ходу дела наблюдать за манипуляциями женщины – в её очень даже опрятном вещмешке имелось много хороших вещей, таких же добрых и качественных на вид. Барышня и вправду со средствами, серьёзно подготовилась и… Святые Когти Смерти, натуральный марлевый бинт! В какой-то момент на фоне белой зависти Фрэнка одолело ощущение собственной ущербности и нищеты. Он, значит, должен собирать любую мелочь в поте лица, придумывать, как сделать из дерьма конфетку, даже вот, например, пользоваться ржавыми патронами, собственноручно выкопанными из какой-то гнилой кучи. Да будь оно всё трижды проклято, если не стянуть у неё обойму по-тихому. Чистенькие, ровненькие – загляденье, а не патроны!
Но мыслям этим не суждено было крепко впиться в сознание, потому что надо было отвлечься и сосредоточиться на предстоящей медицинской процедуре. Билдерсу вручили тряпичный жгут,  и он, прислонив к себе спиной бесчувственную мамашу, вложил её его в зубы. Болезную и вправду надо было зафиксировать как следует, но, благо, у рейдера с этим проблем не было никаких.
- Эх, милочка, как же я тебя хорошо понимаю. – Фрэнк обхватил девушку, накрепко обездвижив и культю, и корпус. Его правый рукав задрался, обнажив металлическое запястье протеза, но поправлять поздно.
Благо, что ребенок в кои-то веки успокоился – это было едва ли не лучшей новостью за сегодня. Но его эстафету грозила перехватить мать. Когда раскаленное железо прислонилось к ране, девушка слабо заерзала, выходя из беспамятства. Её глаза резко распахнулись, пару секунд смотрели прямо перед собой, а затем скосились к оперируемой руке.
- Терпи, родная.
Надо сказать, Билдерс не ожидал, что такое хрупкое существо будет способно продемонстрировать чудеса силы, пытаясь вырваться, но всё же удержал, не дав сдвинуться с места. Было слышно, как заскрипел жгут, стискиваемый зубами, и когда челюсть вдруг расслабилась, и тряпка вывалилась, дамочка издала такой страшный вопль. Но продлился он от силы секунду, потому что рейдер, не желая больше терпеть подобное измывательство над его слухом, наглухо зажал её рот ладонью. Женщину затрясло словно в припадке, и она вновь сжала зубы, прихватив кусочек ладони. Фрэнк сдавленно замычал, когда с пронзительной болью чужие зубы впились в его плоть, но вытерпел.
- Терпи, бл*дь такая! Терпи, ё**ный в рот! – рассерженно прошипел он, не постаравшись даже разнообразить увещевания, и слава богу – с языка грозили сорваться куда более страшные эпитеты.
Едва только с прижиганием было покончено, девушка вновь потеряла сознание и обмякла. После перевязки он уложил её обратно, поближе к теплу, и осмотрел ладонь – там кровоточили несколько насквозь прокушенных фаланг.
- А ты в курсе, что от боли тоже можно кони двинуть? – вооружившись шкуродером, Билдерс так же накалил кончик его лезвия и дважды прижег укусы. Изолента у него кончилась, а рабочие пальцы ему были ещё нужны.

+1

7

По-хорошему, после того, как с жёсткими и суровыми медицинскими процедурами было окончено, нож стоило ошпарить водой, хорошо пропарить и не дать ему дымиться и томиться долго. Но вода, к сожалению, была настолько бесценным ресурсом, что, притаптывая сапогом лезвие ножа на камнях в пыли, Эйф уже поставила крест на эффективности оружия в ближайшее время. Мужчине ответила с задержкой, только после того, как закончила манипуляции с ножом:
-В курсе. А после ещё одной порции анальгетика она может вообще не очнуться. Выберется она теперь или нет - вопрос времени и её собственной силы воли.
Женщина стянула перчатки и убрала их во внутренний карман пыльника. Бросила короткий взгляд на спящего ребёнка. Впервые за какое-то время было тихо, - не так, как она привыкла, но всё ещё лучше, чем крики женщины и вопли младенца. Прибрав место своей стоянки, она ещё раз осмотрелась, а затем обернулась к случайному попутчику. Обращаясь, как и всегда, смотрела строго в глаза.
- У тебя-то что с рукой?
- Ничего. - на автомате ответил рейдер, но быстро сообразил, что прятаться уже бесполезно, - Её нету. Прямо как у этой дурочки.
- Нет, не как у неё, - Эйф недолго хмурится и снова обращается к мужчине, - Что это за технология? Где ты её получил?
- Ну прекрати, честное слово, как маленькая. - негодующе вздохнув, тот закатал по локоть рукав куртки и снял перчатку, демонстрируя металлические сочленения, - Протезов никогда не видела? Один доктор, ты его не знаешь, помог. И да, преупреждая твой следующий вопрос: она не на батарейках.
Перед глазами женщины предстала стальная конструкция, прямо как у робота, на вид выглядящая довольно просто и совершенно не претенциозно, но по мелким движениям пальцев, свидетельствующих о необычайно чувствительных приводах, она сразу догадалась - слишком тонкая работа даже для заправского умника с Пустошей… Институт?

Протез Эйф осматривала с видом человека любопытствующего, интересующегося, но без того удивления, которое присуще многим обывателям, никогда не видавшим даже лазерного пистолета. С каждым моментом становясь всё более мрачной, она, заведя в резком жесте руки за спину, сделала несколько шагов в сторону и отвернулась. С минуту она приводила в порядок собственные мысли, когда вернулась к носителю металлической руки.
- Где ты нашёл доктора, имеющего навык и оборудование для такой тонкой работы?
- Это скорее он меня нашел, чем я его. - у рейдера на этот случай уже давным давно была заготовлена отмазка, которую он достаточно рассказывал, чтобы и в этот раз, не краснея, бессовестно соврать, - Сидели мы как-то с кентами на завалинке, делимся впечатлениями после рейда. И тут один достаёт фугас и начинает хвалиться, что в момент его разберет без бабаха. А я такой ему “п*здишь, товарищ”, хвать её, да отверткой во взрыватель. Ну мне граблю и отхреначило. А народу вокруг тоже было немало, и из них один чудак в очках выходит и восклицает “спокойствие, только спокойствие, дело житейское, сейчас мы все на место пришьем”. Потащили меня в его каморку, проставили вискаря да два блока сигарет, и он от какого-то протектрона эту лабуду открутил и мне присобачил. Но я под наркозом был, бухой в хлам, так что подробностей, извини, не помню.
Поведение снайперши вызвало у него некоторые подозрения насчёт её дальнейших действий, которое быстро переросло в опаску. Мужчина слегка поерзал на месте, обеспечивая себе более быстрый доступ к пистолету. Навидался он ненормальных, среди которых были и такие, что готовы были голову оторвать за батарейку, завалявшуюся в кармане, а тут тебе и вживленный манипулятор, и пип-бой. Неожиданно вспомнив об этом устройстве, тип решил разрядить обстановку.
- Слушай, если тебе реально интересно, то забудь то, о чём я только что сказал и слушай другое, - снова ложь, на этот раз более изощренная, - Я из убежища. Работал там инженером, и как-то по пьяни, реально по пьяни, сунул руку куда не надо. А потом доктора мне приладили протез, и с тех пор всё так и осталось. Улавливаешь?

Ещё на первых предложениях хотелось ощутимо приложиться к лицу мужика рукой. То, что первая версия была откровенной чушью, было очевидно странно, и Эйф уже было хотела осечь нерадивого лжеца, когда он выдал ещё одну версию.
- Вот сложно было сразу нормально ответить, а? - выдыхает она и уточняет: - Из какого ты убежища?
- Восемь из десяти человек устраивает первая версия. - над второй частью вопроса мужчина долго не думал, и решил выдать что-нибудь совершенно случайное. Убежища носили номера, сотни их, - Эм... Ну сто одинадцать, например. Какая разница, ты о нём даже не слышала никогда.
Цифра была взята из головы. Откуда ей вообще знать про какую-то там подземку, все ведь одинаковые как на подбор.
- Сто одиннадцатое?
Номер точно вызывал ассоциации. За воспоминанием далеко погружаться не пришлось: мало того, что Убежище располагалось на территории Содружества, с одним его выходцем Братство Стали уже имело дело. Не Флинн лично, как разведчик, она лишь знала о том, какие Убежища вообще есть и в какой стороне, но она всё равно была наслышана о том, что Братство приглядывает за этим деятелем. Впрочем, это было нередкой картиной для них: вспомнить хотя бы Столичную Пустошь.
- Серьёзно? - на всякий случай уточнила Эйф, - И чего ты поднялся тогда на поверхность?
Понимая, что ответ нужно было придумать максимально пространный и в то же время по существу, рейдер напряг извилины, стремительно соображая.
- Не хотелось бы вдаваться в подробности, история не из приятных, но скажу так - в какой-то момент дела там пошли самым скверным образом. Я уходил один, не было времени собирать команду, так что, по прошествии стольких лет, уже не могу утверждать ничего конкретного. - мужчина взял паузу, прищурился, глядя на женщину, а затем вдруг спросил. - Слушай, как тебя зовут?

Всё это больше походило на правду. При этом ему совсем не обязательно было пересекаться после с другими выходцами. А даже если так, это, если потребуется, будет выяснено: по крайней мере, в рапортах появлялась действительно ценная информация. Люди, живущие в Убежище, всегда… одновременно и странные, и чудные, и интересные, и опасные.
Имён до сих пор они не называли друг другу. В этом не было ничего удивительного или вопиюще оскорбительного. Как не было ничего страшного в том, что спокойно бросить своему собеседнику:
- Эйф. Эйф Флинн. Ты?
- Фрэнк. Фрэнк Билдерс. - спокойно ответил тот, затем глянул на правую руку и перебрал пару раз металлическими пальцами, - Рискнешь поздороваться, хех? - но протягивать её в рукопожатии всё равно не стал, - Эйф, зачем тебе всё это? Мало странных вещей на Пустошах? Нет, я понимаю, это, мать его, Содружество, и тут всё через жопу, но, черт побери, если хочешь увидеть кое-что ДЕЙСТВИТЕЛЬНО странное, то пошли со мной, и я покажу тебе е*учего ванаминго. Ты когда-нибудь видела ванаминго?
- Я бы поздоровалась. Ванаминго? Даже не слышала. Что это? - пусть и не собираясь никуда уходить, она всё равно любопытствовала.

+2

8

- О, ну это… - Фрэнк развёл руками, демонстрируя объём, выходящий за рамки размаха, - Это как Коготь Смерти, только голова и пасть во всю харю, и щупальца… Короче, это надо видеть, так словами и не объяснишь. Но я их за последние пару лет ни одного не видел. Перебили, а может, выродились. - покончив с рассказом, так толком ничего и не объяснив, но, лично удовлетворившись оставленным впечатлением и интригой, он перевел взгляд на всё ещё бессознательную мать с ребенком, - Знаешь, эти люди перед тобой в огромном долгу. Но вряд ли они когда-нибудь смогут его отдать. Даже если мамаша не загнётся… - тут мужчина наклонился вперед и присмотрелся к телу женщины, - Бл*ть, да она, поди, не дышит!
Описание монструозного “ванаминго” скорее забавляло, чем пугало Эйф. Почему-то ей даже казалось, что выходцу из Убежища в темноте на какой-нибудь свалке почудилось это самое чудище, каким-то образом он окрестил его, а теперь опасается, что встретится вновь. Не удивительно, что больше он не встречал этого ванаминго.
- Никто мне ничего не должен, - достаточно строго отрезала Эйф, но когда Фрэнк выругался, едва ли не сорвалась с места, бесцеремонно врезаясь в него, падая рядом и толкаясь.
Разведчица быстро проверила пульс: запястье, шея. Прослушала грудь. Проверила глаза. Только потом кивнула.
- Дело дрянь. Надо срочно приводить в чувство.

- Бл*ть, это начинает входить в привичку, черт подери! - завёлся Билдерс в ответ на предложение реанимации, - Мне заплатили, хоть и чертовски мало, чтобы хоть одна рожа, личинка не в счёт, добралась до ближайшего посёлка во вменяемом состоянии. Сейчас заведем клячу. Если чему-то я и научился за последнее время, так это…
С этими словами он поднял умирающую как игрушку, прислонил спиной к камню, а затем, поплевав на кулак и как следует прицелившись, молниеносно ударил им точнёхонько промеж сисек. Послушался страшный звук, как-будто что-то если не сломалось, то весьма и весьма деформировалось. В этот же самый момент женщина резко вздохнула и открыла глаза. Лишь на секунду оставшись в таком виде, она быстро выдохнула и уже задышала часто-часто, схватившись за грудь и корчась в жестоких муках.
- Не в мою смену. - нахмурившись, Фрэнк засопел, умеряя раздражение.
Девушка громко кашляла, выплевывая мокроту вперемешку с капельками крови. Не успев толком оправиться, она мигом заозиралась в поисках дитя.
- Чёрт, мне срочно нужно выпить. - рейдер полез в рюкзак, где должна была оставаться фляга с пойлом.
Оставив Билдерса наедине с флягой, Флинн предпочла заниматься резко пришедшей в себя женщиной, только с нервным смешком прокомментировав акт жестокого вмешательства в целостность женского тела: “Непрямой массаж сердца по-вэйстлендски.”
Молодую мать же предстояло успокоить, напоить и заверить, что ребёнок цел-целехонек, лежит прямо рядышком, спит. Ни разу не заботливая наседка, Эйф делала все чётко и пунктуально, а не по-женски заботливо. Сесть рядом, сказать, что все в порядке, отклонить голову, дать промочить горло.
Мужчина же промочил горло по-своему - при помощи выпивки, ещё плескавшейся на дне фляги. Отхлебнув виски, он достал сигареты и закурил. В мятой довоенной пачка покоились отнюдь не фирменные папиросы, а чистой воды самокрут, но вкус и запах у них был точно такой же, разве что горелым маслом слегка отдавал. Развалившись на валуне, он расслабленно наблюдал за хлопотами снайперши и вмешиваться в процесс не торопился.
- Классная причёска. - успев рассмотреть голову женщины и все остальные её части, Фрэнк одобрительно кивнул, отхлебнул из фляги ещё и протянул её остаток, - Чьих будешь?
Когда мамаша, успокоившись, уснула, Эйф облегчённо выдохнула. Даже не пыталась скрыть, что вся эта заботливая канитель - вовсе не то, с чем она справляется хорошо. Да и очевидно было, что, да, безусловно, штопать людей после боёв ей приходилось, а вот выхаживать морально ранимых людей - не так часто. Поэтому теперь, когда можно было вернуться к более натуральной своей манере взаимодействия с людьми, Эйф, прихватив собственную флягу, опустилась, подогнув под себя ноги, на один из крупных камней. Ей и самой хотелось бы сейчас, вероятно, приложиться к чему покрепче, - долгий взгляд на бурдюк Фрэнка вполне мог выдать её. Но служба есть служба, поэтому приходилось довольствоваться ограниченным коротким глотком уже даже не слегка прохладной воды.
- Ага, - кивает на условный комплимент разведчица и добавляет не без смешка: - У тебя тоже ничего так залысина.
С ответом же на второй вопрос затянула на полминуты. Билдерс, конечно, был выходцем из Убежища, и это вроде как делало его несколько адекватнее и интеллектуальнее прочих дикарей, но так просто идентифицировать себя Флинн не могла. Не сейчас.
- Чьих? Одних хороших ребят. Сомневаюсь, что ты слышал о них.
Возможно, на западе это было бы правдой, но что в Содружестве, что, возвращаясь назад, в Столичной Пустоши о Братстве Стали так или иначе слышали все. Говорили разное, распускали слухи, некоторое не приближались к истине ни на грамм.
- А ты, выходит, наёмник?
- Да-а. - протянул Билдерс с довольной ухмылкой и машинально пригладил могавк назад. От угощения Эйф отказалась, и пусть это не в традициях Пустошей, но хотя бы владельцу фляги больше достанется, - Хорошие ребята, значит. Хорошие ребята, как правило, либо нищенствуют, либо давно расплатились за свою хорошесть жизнью, и гниют нынче, поди, в какой-нибудь канаве или расплачиваются собственным телом с вонючим гулем в подворотне за дозу винта.
Неоднозначные воспоминания, одновременно и приятные, и наоборот, на какой-то момент отвлекли рейдера от действительности. История с женщинами, хорошими первое время и предательницами после, наркотики, проституция и самое настоящее барахтанье в сточных водах - из глубины памяти выходили размытые и искаженные забывчивостью образы, но от того ещё более яркие и болезненные для восприятия. Как будто это было вчера - вместо костра горящая бочка с мусором, вместо пострадавшего переселенца ужравшаяся наркотой проститутка, всё так же с ребенком, и какие-то подозрительные личности рядом снуют туда-сюда, без остановки. И всё какое-то чернушное, протаранивающее бордовую пелену пресыщенной злости. Забавно, с чего бы это вдруг такие ассоциации. Может, потому, что снайперша похожа на ту девицу из далекого прошлого? Причёска?
Фрэнк поймал себя на мысли, что несколько минут кряду с задумчивым и несколько озадаченным лицом неотрывно смотрит на Эйф, а та, кажется, перед этим даже что-то спросила.
- А? - очухался он и поспешил отвести взгляд, - Пардон, что-то задумался я. О чём мы толковали только что?
То, что Фрэнк назвал “как правило”, очевидно было “по его собственному опыту”. Прерывать его, вероятно, тяжёлые и мрачные думы Эйф не собиралась. Не очень-то вежливо это и было, к тому же завершённая мысль лучше любой другой, так что если голова этого мужика была способна работать, то прерывать такой редкий для нынешнего человека процесс разведчица не собиралась.
- О том, что не так и много хороших ребят ты видел, - со слабой улыбкой ответила Эйф, когда Фрэнк вернулся в реальность, - Оно и не удивительно. В Убежище людей, должно быть, не так и много обитало, а здесь, на поверхности чаще встречаются, ну, скажем так... другие.
То, что многие не находили Братство Стали хоть сколько-нибудь “хорошим”, не было удивительным. Хотелось верить, что глобальная и действительно значимая цель в рамках всего оставшегося человечества действительно стоила нужд нескольких десятков засранцев в небольших областях. Но даже собственная вера в это не позволяла Эйф так просто сказать, кто она такая. Боялась осуждения? Разоблачения? Компрометирования задания? Сама она это так и оправдывала.

+1

9

- Другие? Не смеши, все люди одинаковые. Одинаковы в своём разнообразии и отношению к реальность. Вот только реальность, сука такая, не изменится от того, как ты её воспринимаешь. Белое не станет чёрным, черное не станет белым, Коготь Смерти не превратится в ласкового пса, и всё такое в этом духе. Некоторым, типа меня, нужно прожить сорок с лишним лет, чтобы понять столь очевидные вещи, но до кого-то и к старости не доходит. А что касается хороших людей… - то ли виски ударило в голову, то ли стресс, но рейдер начал загонять какую-то левую канитель, и сам он это в какой-то момент понял, а потому поспешил сменить тему.
Безрукая девка заворочалась. Похоже, она и не засыпала, да и неудивительно - даже под морфином всё пережитое ещё будет откликаться болью недели, а то и месяцы, а пока пусть радуется, что хоть как-то облегчили её страдания. Крепко, но нежно обняв ребенка единственной рукой, она почти неслышно заплакала.
- Ты ждешь товарищей? - наконец спросил мужчина, припоминая ту группу в отдалении, пока они шли сюда.

Настоящий скриптор, не “агент” как Эйф, не стал бы и слушать подобные заявления. Куда более приземлённая, чем многие члены Братства, Флинн не без внимания прислушивалась к тому, что говорил мужчина. Он был прав относительно реальности, и совершенным образом противоречил сам себе в суждениях об окружающих людях.
- Искренне сомневаюсь, что ты и себя считаешь таким же, как остальные. Иначе не стал бы свою макушку так старательно выбривать, - разведчица кротко усмехнулась. Не в её манере было произносить какие-то глубокомысленные философские заявления. Слова, в отличие от действий, ничего изменить не могли.
- Если ты, повысив градус, начинаешь нести подобное, то спаси мозги всех присутствующих, не продолжай пить.
Это, конечно же, была лёгкая  непринуждённая шутка: Эйф улыбалась. Делала это открыто и искренне, в отличие от всего остального, что не давало судить о ней вообще никак. На последний вопрос она ответила в очередной раз с задержкой:
- Не-а, не жду, - и это даже не было ложью.
- Это плохо. - Билдерс замер, равно как и замерла его рука на полпути к тому, чтобы достать вторую папиросу.
- Плохо? - разведчица насторожилась и поднялась на ноги.
- Это ужасно. - рейдер медленно сунул пачку обратно.
Шорох осыпавшихся мелких камешков и тихое бряцанье металла над головами странников дало о себе знать. Вокруг лагеря, ощетинившись стволами и направив их на людей, стояли пятеро рейдеров. Неизвестно, как долго они вот так дежурили, ожидая привлечения внимания, но прямо сейчас они готовы были взяться за дело.
- Гуки ввегх! - прошепелявил один из них и повёл дробовиком в указанном направлении.

Первой прострелила голову тяжёлая мысль о том, что она всё же сплоховала. Когда и как она умудрилась настолько ослабить бдительность, что пропустила пятерых дикарей, подбирающихся к её защищённому и укрытому лагерю? Тьфу, в следующий раз точно ловушки расставит. Следом поняла: пока штопала мамашу. От выходца из Убежища толку как от караульного не было, вот и вышло что вышло.
Флинн быстро осмотрелась. В теории, с ними можно было разобраться, но не прямо сейчас, когда они окружены. Заставить рейдеров перегруппироваться и… Никто из них не смог бы пережить выстрела из тяжёлой снайперской винтовки. Броня не та. Оставалось самим не схватить пулю. Поэтому нужно было осторожно, аккуратно, но оттянуть время. Не оборачиваясь на Фрэнка, Эйф медленно, держа на виду, подняла обе руки.
- Что вам нужно?

- О святые Когти Смерти, как же вы зае*али. - досадным, разочарованным тоном проговорил Билдерс, как если бы разбилась чья-то любимая кружка и не более того, а рядом не стоят ощетинившиеся оружием подонки.
В отличии от снайперши, он ни руки не поднял, ни сам не поднялся, а остался сидеть как есть, задумчиво разглядывая незамысловатый узор на на каменной плите. И только мелкая дрожь механических пальцев, только что отпустивших сигаретную пачку и прикоснувшихся к осколочной гранате рядом с тем местом, выдавало его напряженное состояние. Пусть это было и не лучшей мыслью в данный момент, но Фрэнк немного переживал, что не предупредил стрелка заранее. Он ведь прекрасно всё слышал - и шорох камней, и скрип подкрадывающихся сапог, и тихие щелчки медленно и аккуратно взведенных курков. В последний момент он даже попытался исправиться, когда спросил про гостей, и, быть может, у него вышло бы это сделать, сказав ”всё плохо” и дождавшись нужной реакции от Эйф. Стоило винить её за нерасторопность? Нет, определенно нет. Что взять с женщины, пусть даже подготовленной, но ты, мать твою, мужик, Фрэнки! Оглох что ли на старости лет? Нет, ты вычислил подбирающегося врага, а значит со слухом всё в порядке. Засмотрелся на чувиху? Ну тебе не двадцать лет, и не тридцать, а, черт побери, давно за сорок, и пора бы уже угомониться. Стареешь, стало быть, стареешь.
- И ниху*шеньки я не старый. - едва слышно вслух пробормотал он, благо, никто не заметил.
- Выходите, оба, быстго! - окрик картавого в трёх словах одновременно ответил на вопросы одних и вернул в реальность других, кто предавался посторонним мыслям.

- Правый склон, - практическими одними губами произнесла беззвучно Флинн, оборачиваясь к мужчине, прежде, чем последовать инструкциям нападавших.
Прижав винтовку к боку, Эйф быстро вскарабкалась, подтягиваясь, наверх. Так же скоро и остро осмотрела дикарей: их расположение, вооружение, общее состояние. Преимущество способностей, подготовки и знания местности всё ещё было за ней, оставалось осторожно и безопасно избежать того момента, где оно могла схлопотать так просто шальную пулю.
До того самого склона, обозначенного Эйф, было всего несколько метров. Склон был крутой, и разведчица знала, что ведёт он прямо в овраг с колючим и сухим мёртвым кустарником. Отличный способ быстро оторваться и занять выгодную позицию, если знаешь, что тебя ждёт. Она здесь была давно и ориентировалась свободно.
Протокол требовал от Эйф соблюдения нескольких формальностей. По большей части это были скрипты и ключевые фразы, определяющие уровень образованности и адекватности противников. Заведомо предсказывая результат, она всё же сухо отчеканила:
- Идентифицируйте себя, - при этом женщина прекрасно понимала, что эти люди даже не поймут слово, повторить его не смогут, - Вам нужны крышки? Химия? Припасы?

Со стороны, конечно, Фрэнк выглядел смиренным и даже в какой-то степени безучастным, но на самом деле драгоценное время, пока тот ещё мог своевольничать, он тратил на оценку ситуации. Те рейдеры, что он видел со своего места, выглядели пусть и диковато, но всё остальное в их поведении говорило в пользу того, что ребята своё дело знали, или же их кто-то конкретно натаскал. Подобный расклад несколько не вписывался в ожидания - это же, мать его Содружество, не долбаная Столичная Пустошь и уж точно не Техасская. Те поначалу держались полукольцом, а теперь перегруппировались: один стоял чуть поодаль, не спуская прицела с захвачанных врасплох, и потенциальную линию огня соблюдал таким образом, чтобы не задеть своих же, двое обступили Эйф, всё так же осторожничая, но не теряя уверенности, и ещё один вместе с шепелявым двинулись к Билдерсу. Чёрт побери, да если бы это была его собственная группа, он бы распределил роли точно так же! Без сомнения, что-то до боли знакомое и неприятное припоминалось, и хотя на роль переговорщика рейдер назначил кого-нибудь с внятной дикцией, а не этого, что захлебывался слюной, проговаривая “р” то ли с рождения, то ли от нехватки половины зубов, положение складывалось скверным образом. Вот уж чего мужчина не ожидал, так это чётко проглядывавшейся не абы какой подготовки. Затея с гранатой хоть и осталась в планах, но в сознании уже подрастеряла свою актуальность.
- Заткни хлебало нах*й! - выпалил один  из обступивших снайпершу, и сразу же довольно резко замахнулся ногой по внутренней стороне её колен, заставив их подкоситься, и сразу же приложил женщину прикладом по спине. Никаких манер.
- А тебе что, особое, бл*ть, пгиглашение нужно? - картавый медленно подошёл к Фрэнку, не спуская с него ствола дробовика.
- А тебе х*й бантиком не завязать? - сохраняя агрессивное равнодушие, Билдерс поднялся во весь рост и повернулся к вопрошающему, сразу придав собственному взгляду испепеляющее выражение. Правая рука опустилась, скрывая в ладони гранату.
Знали бы они, кто из этих двоих, так сказать, шишку держит, то подошли бы к мужчине как минимум втроем, но и те двое, что встали по обе стороны от него, держались так уверенно, словно их сам сатана из-за бугра прикрывал. Фрэнк расслышал заметку про склон, но действия рейдеров были куда более упредительными, чем можно было себе представить. Нет, их точно кто-то тренировал, долго и настоятельно (кажется, этот беззубый потому и беззубый, что отличился при муштре, а потому самый опасный из всех), кто-то, очень похожий на Билдерса. Неужели он когда-то умудрился так ужраться, что в пьяном бреду неделю натаскивал молодежь и потом умудрился забыть?
Что ни говори, а эти ребята были быстрыми, неожиданными и донельзя резкими. Хорошо поставленный удар в печень заставил рейдера издать глухой стон и нарушить горделивую осанку, в то время как обошедший его подонок в мгновение ока облапал его на предмет оружия, проворно вытащил и пистолет, и нож. То же самое остальные проделали с Эйф, сохраняя при этом дистанцию, чтобы не кучковаться и не мешать друг другу. Вот же попадос…

Членов Братства Стали всегда готовили к тому, что любые местные дикари будут оказывать им сопротивление. Плен, - любого рода, - был во многом куда страшнее для Братства, чем смерть и потеря одного из бойцов. Разглашение любой внутренней информации под пытками могла уничтожить все старания и прогресс в данном регионе. Потому не было ничего удивительного в том, что своих людей Братство готовило к тому, что пленение для них станет настоящим испытанием.
Эйф не сопротивлялась и глотала боль, зажмурившись. Сдержанная, сцепленная, просто повалилась на колени, держала руки на виду, спину прямой, а взгляд и мысли ясными. Поджала губы, когда против своей воли рассталась с винтовкой и ножом. Пока обыскивали, пыльник несколько раз поднимался достаточно высоко, чтобы нашивки братства на плече оказались заметными. Лишь бы это не усугубило ситуацию.

- Тебя что, мамочка бить учила? - процедил сквозь зубы Фрэнк, с негодованием ощущая, как зловещая слабость разливается по телу. Отбитая печенка железно выводит из строя любого бойца, каким бы крутым он не был, и эти черты определнно были в курсе.
Был некоторый расчёт на то, что шепелявый разозлится и сделает какую-нибудь глупость, но тот, хоть и покраснел от злобы, но даже и звука не издал. Плохо дело, совсем плохо. Билдерса вытолкнули из расщелины лагеря. Тот, что забрал у него оружие, занялся вещмешками. Попутно он обратил внимание на женщину с ребенком, бесцеремонно пнул её. Та никак не отреагировала, не хотела реагировать то ли осознавая собственную беспомощность, то ли, наоборот, вообще ещё пока ничего не сознавая. Однако, бандитский сапог пришелся рядом с малышом и, кажется, задел его. Детский вопль разнесся над утесами.
- С этой что?
- Срать. Хватай шмотки и уходим. Живо, живо!
Не то что бы рейдеры куда-то спешили (а может и торопились, хрен их знает), но весь этот короткий разговор ещё больше наводил на мысль, что что-то с этими ребятами не чисто. Фрэнк уже согласился с выводом, что ему придётся отбросить все предрассудки и, если, конечно, он хочет выйти сухим из воды, действовать в полную силу. Его вывели поставили рядом с Флинн, которая, кажется, разбиралась с собственным роем мыслей и решений, но недостаточно близко. Шустро покончив со сбором пожиток, рейдеры озаботились тем, чтобы связать пленникам руки за спиной. И если с девушкой всё прошло относительно гладко, то не заметить зажатый снаряд в ладони Билдерса они не могли. Жалкая попытка вырвать гранату из металлической клешни не увенчалась успехом, и в отместку за нахальство разбойник приложил мужчину прикладом по голове.
- Разожми эту х*йню, мать твою!
- Нах*й иди. Это моя страховка на случай, если вы, пид**асы, начнёте баловаться.
- Рори, с этим проблема. У него взрывчатка. - обратил тот к картавому.
- Е**ть, тебя зовут Рори?! Охренеть! - рейдеру действительно стало смешно от мысли, что у человека, неспособного выговорить букву “р”, собственное имя наполовину состоит из оной, - Как-как, еще раз?
- Ух, сука! - на этот раз издевка была издевкой и ничем больше, ведь никакой скрытой цели рейдер перед собой не ставил, а потому вполне заслуженно получил несколько раз по голове. И без того настрадавшаяся, та зашумела, и желание продолжать огрызаться на время отпало.
- Вставайте и пошли! Быстро, бл*ть!

В отличие от случайного напарника по несчастью, Эйфория Флинн точно знала, в какой момент стоит прикусить язык, - да она в целом не очень-то любила лишние слова. Если чему и научил её сам факт того, что она выжила в Столичной Пустоши, так это тому, что есть моменты, когда необходимо опустить руки, но не разжимать кулаки. Поэтому сама она сейчас не сопротивлялась и не привлекала особого внимания к себе экспрессивным и вызывающим поведением. К тому же, пока их будут вести, она сможет сориентироваться и понять, куда именно и какими путями.
В наиболее удачный момент она всё же воспользовалась возможностью обернуться к Билдерсу и кивнуть ему. Что именно значил этот кивок: то ли поддержка, то ли одобрение поведения и просьба продолжать в том же духе, то ли просто формальный жест - пойди разбери.

+1

10

Путь, что проделали пленники под конвоем, не предоставил им ни малейшей возможности сбежать и даже попытаться. Рейдеры вели их заранее известной дорогой, где на открытом пространстве нельзя было ни скрыться, ни убежать, ни как-то иначе использовать окружение. Вот уж попали так попали. Кто бы мог подумать, что какие-то прыщи окажутся настолько смышлеными? Билдерс всю дорогу прикидывал, кто же из себя этот их таинственный наставник, ведь иначе и быть не могло - налицо многолетний опыт и практика, а эти задохлики уж никак не могли их получить. Вот и в очередной раз становится доказано превосходство мастерства и умения над физическими данными и оружием. Эта девушка, Эйф, поди, не робкого десятка и умеет выживать на Пустошах, раз спокойно ходит одна в разведку или чем она там занималась. Её принадлежность к той или иной фракции установить не удалось - что-то краем глаза было замечено под плащом, когда снайпершу шмонали рейдеры, но всё произошло слишком быстро, да и Фрэнк был занят несколько другими вещами. Но понятно, что таких как она где-то есть целая компания под единым флагом, и эти ребята не лыком шиты. Однако же, и разведчице, и рейдеру это не помогло, и сейчас оба, связанные, брели к бандитскому логову, что расположилось посреди болот.

В лагере, отдаленно похожем даже на какой-то форт, их встретило совсем немного местных. “Промашечка!” - подумал было Фрэнк, но тут же сообразил, что как минимум ещё одна группа может быть в рейде где-то неподалёку. И всё же, ничего хорошего вся эта история не внушала. Их бросили в клетку, сваренную из толстых прутьев арматуры и обнесенную шифером, повесили здоровенный замок (пафос зашкаливал) и усадили рядом надсмотрщика. С того места, где теперь находились пленники, открывался не очень-то и хороший вид на внутреннее устройство базы, но Билдерс весьма кстати подметил, что отнятые вещи сложили кучкой, и более к ним никто не притрагивался. “Будет делёж. Ждут главаря.” - решил он.
Особо просторной клетку назвать было нельзя, но хотя бы сверху и с трех сторон было укрытие от ветра и дождя, который тем временем начал накрапывать. Рейдер устроился в уголке, где было темнее всего. Наступали сумерки, и в лагере зажигались костры. Разбойники меняли следящего за пленными каждые два часа, и всё это время они неотрывно смотрели на мужчину и женщину, то скаля зубы, то безумно улыбаясь. Верно подметил Билдерс, что те диковатые какие-то, словно обколотые. Кстати о наркотиках - при виде всех этих картин Фрэнку вдруг сильно захотелось ширнуться. Как невовремя.
- Ну чего пыришься, рожа? - обратился он к охраннику, дабы отвлечь себя разговором, если тот состоится.
Разговор не состоялся. Надувая губы и корча злобные гримасы, тот молчал как рыба. Билдерс скорчил было рожу в ответ, но понял, что в своём тёмном углу его видать лишь по пояс снизу.
Когда заталкивали в клетку, Эйф прошептала себе “Хуже, чем в Столичной, уже не будет”. Единственное, что до сих пор держало её, это мысль о том, что, да, действительно, после того ада, который они пережили в Вашингтоне, Бостон уже ничем удивить не сможет. Справилась с тем - справилась и сейчас. Терять собственную мораль, выдержку и состояния Флинн не собиралась. Паниковать - так же. Оставалось только ждать, думать, ждать и снова думать. Организованные дикари - насмешка в лицо члену Братства Стали. Стыдно, что какие-то рейдеры сумели застать её врасплох. Но собственные ошибки только своими руками и исправлять, а, значит, нет смысла тратиться на бесполезные разговоры. И стоит сразу расставить приоритеты.
- Помоги-ка мне, стяни накидку, сзади ремешки, - самостоятельно стянуть пыльник она не могла, а вот обратиться к товарищу по несчастью вполне. Даже со стянутыми запястьями расслабить ремешки было несложно.
- А не слабо нас взяли, ещё тепленьких. - напряженно пробурчал Фрэнк в ответ.
В этот момент он был как раз занят собственным освобождением, и при помощи протеза, гранату из которого головорезы вытаскивать то ли побоялись, то ли справедливо посчитали, что рейдер сам себя подрывать точно не станет, сделать это было довольно легко. Не так, конечно, если бы под рукой был нож или что-то другое режущее, но всё же не так безнадежно, как голыми руками. Серия мелких движений, и трущиеся о ремни мелкие приводы сильно истрепали дубленую кожу, после чего её можно было легко разорвать. Разорвал бы и так, благо механическая конечность в разы сильнее той, что из плоти и крови, но в этом как раз и заключалась проблема - находясь в одной связке, та могла запросто пострадать от излишнего усердия. Но в итоге рейдер разобрался с путами и помог тем же коллеге. Всё это время надсмотрщик неусыпно следил за ними, и когда увидел, что один из пленников развязался и взялся за второго, подскочил и зашумел. Подбежали двое, в одном из них Билдерс признал картавого. Его друг бросился открывать клетку, но был остановлен.
- Куда полез, не откгывай! - гаркнул он.
- Так они же…
- Они только этого и ждут. Бгось, сейчас шеф вегнется и сам газбегется. - с окранины лагеря послышались возгласы, и Рори обернулся, - А вот он он.
Тем временем Фрэнк без труда распутал ремни на руках Эйф, и оставшуюся полоску кожи предусмотрительно намотал на левый кулак.
- Не переживай, если надо будет, я эту клетушку по кусочкам разберу. - в это слабое утешение верилось с трудом, но уж он-то знал, что пока жива батарейка в протезе, стальные решетки будут подвластны ему.
Кто-то и вправду вернулся из похода. Количество рейдеров увеличилось вдвое, пополнившись сильно потрепанными и уставшими собратьями, среди которых был и главарь. Таковым Фрэнку сначала показался дюжий детина в силовой броне, но, что странно, основное внимание было уделено не ему, а какому-то левому типу. Впрочем, не такой уж он и левый был - первым делом в глаза бросался мертвенно-бледный цвет кожи и приплюснутый, будто обрубленный, нос с двумя широкими вертикальными ноздрями, как у какой-то рептилии. Всё это вкупе с геркулесовым телосложением оного вызвало у Билдерса очередную волну ярких воспоминаний. Кажется, он хорошо знал этого урода, вот только откуда? В сумерках особо было не рассмотреть.
- Меня глючит, или у них за главного карликовый супермутант-альбинос? - произнес он с усмешкой, а сам принялся всматриваться в светлокожего, напряженно вспоминая, где же он его видел.
Но ломать зрение долго не пришлось - выслушивая доклад подчиненного, главарь рейдеров двинулся прямиком к клетке. Пленникам удалось расслышать часть разговора.
- ...С чего ты взял?
- У неё их унифогма и нашивки.
- А в чём проблема со вторым?
- Да еб*ть бычага, огхызается, и ещё у него гханата.
- Чего-о?!
- Да мы, бл*, не смогли его гуку газжать…
“Блондин” выписал картавому знатного леща.
- Ну бл*, она железная, искусственная, как у гобота или типа того. Я думаю, он синт.
- Сейчас узнаем.
Альбинос подошёл вплотную к клетке. Хотя освещение оставляло желать лучшего, вблизи его уродства проявились ещё сильнее, особенно красные глаза с белесым зрачком и множество шрамов и ожогов, занимавших добрую половину лица.
- Эй, ты, подойди сюда. - грубо обратился он к Билдерсу, указав на того пальцем.
- Нах*й иди, мне и тут неплохо. - Фрэнк сидел в своём тёмном уголке и тихонько охреневал от того, что наконец-то вспомнил, кто был по ту сторону решетки.
Мало кого в современности можно было назвать красавцем (за исключением Старейшины, конечно же), но этот рейдер был не просто страшен, а сочетал в себе все последствия вырождения людей в диких радиоактивных землях. Благо у Эйф хватало ума никак не комментировать происходящее. Себе дороже.
Когда она всё же утвердила для себя, что дикарям известно Братство, она осторожно повернулась к Фрэнку и снова тихо, почти одними губами, прошептала: “Когда подойдёт главарь, пощёлкай пип-боем, включи шум, что-то такое”. Альбинос себя ждать не заставил, оставалось его припугнуть.
Билдерс расслышал просьбу, и в момент образовавшейся паузы воспользовался наручным устройством. Понятно, что под шумом девушка имела ввиду что-нибудь похожее на шипение пустой радиочастоты, уж точно не одну из тех полифонических мелодий, что были записаны на пип-бое ещё прежним владельцем. Вот только зачем он её понадобился, пока что было тайной, ну да незачем волноваться - помехи да помехи, кому от них худо? Разве что на нервы действуют иногда. Поэтому, не церемонясь, рейдер включил радио на частоте, которую слушал незадолго до случившегося, и которая кроме шипения ничем слух не радовала. Каково же было его удивление, когда сразу же после активации из динамика послышалось чёткое пение. Фрэнк щелкнул тумблер, резко меняя на другую, похожую частоту, но и оттуда полилась музыка. Машинально глянув вперед, поверх головы белобрысого, он увидел старую вышку, вокруг которой и был построен форт. Та, конечно, не работала (а может и работала, хрен его знает), но каким-то чудным образом усиливала сигнал. Ну твою же мать, ну почему! Чутка растерянные и виноватые глаза уставились на снайпершуБольше переключать радио не получилось, потому что к рейдеру обратились. По имени.
- Фрэнк? - в голосе главаря чувствовалась некая неуверенность вкупе с надеждой.
- Снейк? - вот теперь он поднялся, едва не задев головой верхушки решетки, и шагнул навстречу, выйдя из тени.
- Е*ать, это и вправду ты! - воскликнул светлокожий и подался назад, но тут же вернулся, - Не верю глазам своим! Живее всех живых, мать твою за ногу!
- А ты думал, будет как-то иначе? Но мамку мою оставь в покое, не то выпотрошу.
- Ого, да ты ничуть не изменился, но пи**ец как постарел, дружбан!
- Ну а х*ле тут сделаешь. - Билдерс смело подошёл к двери и облокотился о прутья, встав практически лицом к лицу с альбиносом.
Вот теперь они узнали друг друга. Снейк - такие не забываются, таких в толпе узнаешь сразу даже двадцать лет спустя. Он был одним из тех, кто возглавлял банду Шакалов наравне с рейдером, и оба закончили примерно одинаково. Но в то время как Фрэнк отошёл от дел, частично вынужденно, частично по собственной воле, этот, видимо, в лучшем случае ненадолго залег на дно, но только чтобы зализать раны и вновь взяться за старое. У него получилось - неизвестно, как шли дела перекачанного альбиноса все эти годы, но сейчас у того была своя банда - пусть и далеко не самая лучшая, но своя. Впору было позавидовать.
- А я-то думаю, кто это, бл*ть, такой дерзкий и однорукий. За каким хреном ты здесь? Где новые грабли нарыл?
- Выпусти, расскажу.
- И правда, нех*й тебе здесь сидеть, братан. А кто эта тёлочка? С тобой? - однако, Снейк не дал ему ответить, - Но прежде, чем ты скажешь, хочу чтобы ты знал. Она - из Братства Стали. Не знаю кто, не знаю за каким хером тут, но, бл*ть, эта сука…
- Из клана силовой брони, знаю. - на самом деле Билдерс ни черта не знал и неслабо удивился, но виду подавать было нельзя, - Она не со мной. Случайно встретил, хотел без шума и пыли обставить, уж больно винторез мне её приглянулся.
- Ясно. Но ты губу-то не раскатывай, сейчас это наша добыча.
- Так мы будем беседовать или как?
- А то. - махнув своим подчиненным и дождавшись, когда те встанут по бокам клетки с оружием, нацеленным главным образом на Эйф, белобрысый отпер калитку. Испепеляемый недоуменными взглядами рейдеров и испытывая от этого некоторое удовольствие, Фрэнк вышел. Дверь за ним тут же захлопнулась, люди остались сторожить, а он и старый товарищ отошли к дальнему костру. Разговор намечался долгий, возможно даже дружеский и особенно ностальгичный.

Мужчины сели у огня, напротив друг друга. Билдерс настроился было отхлебнуть из фляжки, но вспомнил, что осталось там совсем немного, стоило приберечь. Угощать гостя Снейк не торопился и даже не собирался - как и двадцать лет назад, он сохранил одно из самых отличительных и в то же время спорных качеств - расходовать ресурсы строго по необходимости, и никакие правила хорошего тона не могли этого изменить. Пришлось довольствоваться сигаретами, а альбиносу тем временем не терпелось побеседовать.
- Диву даюсь, как ты выжил в той резне, но нам всем тогда крепко досталось. А с рукой ты ловко придумал. Кто тебе её сделал?
- Ну уж точно не тот, кто мне её оторвал. - иронично ответил Фрэнк, рефлекторно почесывая стальное плечо. Дурацкая привычка, фантомный зуд или как там это называют.
- Я не буду извиняться. Тем более, новое железо, поди, лучше старой в десять раз.
- Да, тебе повезло, что я левша, иначе вытащил бы тебе гланды через задницу.
- Классический Фрэнк. Секрет фирмы, значит. Что ты здесь вообще делаешь, в Содружестве? Тебе же никогда не нравился местный народ.
- То же, что и ты, братан. Зашибаю деньгу. Вожу всяких дурачков туда-сюда, дурачки в процессе выпиливаются, потом собираю хабар и ищу новых клиентов. И за это мне ещё авансом крышек дают, прикинь.
- Неплохо, да. Ну а как же старое доброе насилие? - Снейк коряво ухмыльнулся обезображенным лицом.
- Старая школа не забывается, дружище. Просто времена чутка поменялись, да и возраст уже не тот.
- Остальным это как-то не мешает.
- Остальные могут резво отсосать мой х*й, если им так нравится. Я делаю то, что мне нравится, и так, как мне нравится.
- Значит, возвращаться ты не намерен.
- Куда? Кто где? Здесь, в этом гнилой луже? Братан, я не слышу в тебе Шакала. - почуяв знакомую, беспроигрышную тему, Фрэнк оживился.
- Нет, ты не понял…
- Шакал выше других. Шакал получает всё. То, чем брезгует шваль, делает нас сильнее. Забыл?
- Хм… - Снейк потупил взор, задумался, после чего поднял кулак.
Сжатые кисти ударились друг о друга, что-то вроде особого приветствия.
- То-то же. Ты мне лучше скажи, кто ещё из наших перебрался сюда?
- Немного, на самом деле. Старики рассредоточились по одному-двое, молодняк сам разбежался. Вон, Блэкмор у Светящегося Моря засел, но от него последнее время ни вестей, ничего. А помнишь Соню?
- Это которая с тощей задницей и шикарными буферами?
- Ага, ты ещё с ней шуры-муры водил.
- Ой, бл*, не напоминай!
- Пристроилась к типчикам в центре, что-то вроде бойцовского клуба затеяли. Она же тогда, когда нас разогнали, с ребенком была…
- Да ты гонишь.
- Овтечаю, на сносях ходила. Ещё, когда убегали, радиации хапанула мама не горюй, и как вообще там выкидыш не случился, не знаю…

Беседа ударилась в воспоминания о прошлом и таким образом продлилась больше двух часов. Кто-то из рейдеров в конце концов подогнал бутыль самогону, но светлокожий рейдер пить не стал, чем Билдерс был только рад. Они вспомнили всё (или практически всё), что связывало их в прошлом, но без подобающего дружественного настроя темы себя исчерпали. Новая группа собралась в поход, вместе с ними ушёл и тип в силовой броне. Плохи, должно быть, дела в этом регионе, решил Фрэнк, что им приходится так часто ходить на охоту с полной выкладкой. Но до сих пор ни к чему конкретному в разговоре со Снейком они так и не пришли. Тот согласен был вернуть ему всё снаряжение и даже прихватить так понравившиеся патроны из сумки снайперши, но её саму главарь отпускать категорично отказался. Помня, что было сказано ранее о её причастности к Братству Стали, мужчина убедил себя в том, что, по большому счёту, он ей ничего не должен, и надо по-скорее вернуться к покинутой стоянке - проводник ещё надеялся закончить начатое. Зачем, он и сам уже не понимал, наверное, просто из профессиональной привычки, но, уходя, Фрэнк испытывал странное и довольно неприятное чувство, что всё-таки где-то в этой истории остался важный нерешенный момент...

+1

11

В течение часа с того момента, как предатель покинул лагерь, прихватив с собой часть боеприпасов из сумки Эйф, её никто не беспокоил, не считая, конечно, постоянно дежурившего у клетки рейдера, ежеминутно пожиравшего глазами пленницу. Делать ей было, откровенно говоря, нечего. Но продолжать вечно это не могло, и вот очередь дошла и до неё. Под покровом ночи, когда большая часть костров потухла, и лагерь погрузился во тьму, к решетке подошёл картавый налетчик. Надсмотрщик, увидев его, поторопился встать, и словно бы отвесил скромный поклон. Рори зажег светильник и поднёс его к прутьям, освещая внутренности клетки.
- Откгывай.
Забряцали ключи, и массивная дверь отворилась.,Держа в одной руке лампу, а в другой электропогонялку, рейдер вошёл внутрь. Замок закрылся за его спиной.
- Пгивет, хы-ы - на лице картавого появилась такая страшная и нелепая ухмылка, что даже при том тусклом свете, что источал масляный фитилек, можно было запросто поседеть от страха.

До последнего делала вид, что или дремала, или была в своих мыслях. При этом слушала внимательно, заняла устойчивое и комфортное положение. Исход событий был предсказуем: не все члены Братства рождались внутри бункеров. Был малый процент тех, кто так же рос в диких землях. И знал, как тут обстоят дела.
Даже страшным этого дикаря можно было назвать лишь с натягом. Но выражение личного мнения - роскошь непозволительная в данной ситуации. Особо не меняя безучастное выражение, Эйф обратила к ущербному светлое лицо с множеством мелких шрамов. И улыбнулась. Слабо, бледно, но улыбнулась.
- Иди сюда… - отвратительно процедил тот сквозь зубы, продолжая ухмыляться, и, клачнув для приличия разрядником, беззастенчиво ткнул погонялкой в женщину.

Иначе, разумеется, никак. Увернуться или парировать ни времени, ни места для маневра не было. Поэтому приходилось соглашаться с собственными рецепторами на то, что, да, сейчас будет больно, но это единственный способ перехватить инициативу. Больно было, - бывало и больнее, но, крупно встряхнувшись и хрипло рыкнув, глотая желание взвыть, женщина постаралась перехватить основание линчевателя и рвануть его на себя, чтобы затем повалить и обидчика. Уж очень долго она готовила этот рывок.
- Не на то время тратишь, - все ещё сипло и сквозь тяжёлое дыхание произносит не без труда женщина, ощущая, как ещё пульсируют после разряда напряжённые мышцы.
Удерживать уродца Эйф не собиралась, только заставить его услышать это предупреждение.
Ей удалось вырвать шокер - без руки владельца, удерживающей кнопку разряда, тот больше не причинял вреда, за какое место не держись. Рейдер упал, оступившись - одна из его ног застряла меж прутьев на полу, и какое-то время тот пытался вырвать её. Когда это в конце концов удалось, Рори отпрянул к двери, громыхнув железом, и утер выступившие сопли. Надсмотрщик подскочил как ужаленный, схватился за ключи, но в отсутствие прямого приказа так и застал перед замком.
- Агг-х! Сгоптивая гадина! Ну я тебе покажу! - выхватив нож из-за спины, он, широко расставив руки, медленно двинулся на Флинн, играючи перебрасывая лезвие из одной руки в другую.

- Пятнадцать минут, - пытаясь выглядеть спокойной и сдержанной, прокомментировала Эйф. Получалось лишь сквозь дюжие усилия, - Я буду сопротивляться. Даже если воткнёшь под ребро, затянется минут на семь. Остаётся ещё восемь. Этого тебе не хватит, чтобы сбежать. Не под обстрелом из миниганов.
Блеф блефом, но приходилось выкручиваться. То, что Билдерс сбежал, было ожидаемо, но предварительно он всё же помог ей провернуть трюк с сигналом и вышкой. Оставалось всё это правильно обыграть.
Ну, или так и сдохнуть. Не весело. Поэтому лучше бороться до последнего.

- Что? Зубы мне заговагивать вздумала? Не выйдет! - с этими словами рейдер бросился на неё, широко замахиваясь ножом.

Пришлось подрываться с места и резко брать в сторону, чтобы избежать смерти столь быстрой и нелепой. Во время рывка, на выдохе, с усилием, напомнить: “Что, сигнала не слышал, а? Шестерёнок не видишь?” Больше Эйф говорить не собиралась. Во-первых, нужно было следить за дистанцией, сохраняемой между ней и уродцем с ножом, а, во-вторых, кто вообще выкладывает весь план так прямо, когда нужно напугать и заинтриговать неизвестностью?
Уворачиваться и бегать по клетке долго было бы глупо, но выбора особого не было, поэтому Эйф поспешила удалиться в противоположный угол. Дела начинались серьёзные, и небольшая разминка, пусть и смертельно опасная, требовалась. Теперь, разогнав кровь, разведчица была готова дать отпор на самом деле. Главное на нож не напороться.

Но упрямый рейдер наотрез отказывался воспринимать какие-либо слова, видимо, увлекшись действием и преследуя свои цели. Становилось непонятно, чего этот тип добивается, то ли убить пленницу, то ли просто поколотить-порезать и утолить жажду садизма. Решив, что загнал Флинн в угол, и что та выдохлась, он с пущим остервенением и победным воплем бросился на неё, держа нож впереди.

Эйф предполагала, что Рори будет наступать именно так: яростно, дико, но не совсем разумно. Простейший манёвр, очевидный любому, кто имел хоть какую-то практику единоборства, мог выручить Флинн сейчас. Со всей осторожностью подготовившись действовать, выждав нужный момент и подпустив дикаря достаточно близко, искренне пытаясь не напороться на нож, женщина подсела, вновь уворачиваясь рывком в сторону. Но в это раз разрывать дистанцию она не собиралась, а вот крепко ухватившись за бока негодяя, пытаясь оказаться за ним, приложить его о прочную металлическую балку решётки - вполне. Здесь были риски, конечно, - как и везде, - и будь Рори способен взять себя в руки и контролировать свои эмоции, то преимущество наличия оружия в любой момент, в любом захвате, будет настоящим, а не мнимым. А, значит, следовало лишить его этого преимущества.
Но поступать решила по всем постулатам Братства Стали - нож был не той технологией, в отличие пусть и примитивного, но пистолета, внезапно обнаруженного за поясом рейдера. Нужно было, рискуя тем, что Рори мог полоснуть ножом наотмашь и задеть ноги, ещё раз вбить его в прутья, чтобы воспользоваться моментом и выхватить пистолет.

Но Флинн даже усилий прикладывать не пришлось, чтобы добраться до самопала. Стукнув разбушевавшегося подонка, который, казалось, только сильнее от этого заводится и впадает в совсем уж безумное состояние, пистолет просто вывалился из-за пояса. Правда, нельзя сказать, что от этого он стал более легкодоступным - между полом клетки и основанием, на котором она стояла, уместилась бы сигаретная пачка, и в это пространство, попав аккурат между прутьями решетки, и закатилось оружие. Благо, после очередного удара Рори потерял равновесие и здорово приложился головой, что заставило его отшатнуться и в течение нескольких секунд мотать башкой и приводить себя в порядок. Этого времени могло хватить Эйф, чтобы что-то предпринять.
- Всё, иглы кончились! Сейчас я тебя выпотгошу!

Несколько резких движений, - координация и точность, свойственные любому снайперу позволяли сделать это рефлекторно, - подсечка и очередной рывок, после которого дикарь должен был быть опрокинут и ещё раз мощно вписан в металлическую поверхность. Этого было достаточно для того, чтобы, в очередной раз схлопотав слепым размашистым ударом лёгкий надрез, глотая боль и думая о том, что раны нужно обеззараживать как можно быстрее, подхватить длинными пальцами пистолет. Дальше - дело только техники. Захватить, вывернуть руку за спину, снять с предохранителя пистолет, чтобы щелчок у самого мужского уха давал понять о всех приоритетах

Поверженный и уткнутый мордой в пол, где его голова протиснулась между прутьев и даже умудрилась застрять, рейдер завопил, на этот раз в панике, которая очень быстро сменила недавнюю молодцеватость и уверенность в собственном превосходстве. Наблюдавший за происходящим, охранник мигом сменил довольную улыбку на удивленную гримасу с упавшей челюстью и подскочил. Встряхнув ключи в руках, он потянулся было к замку, как вдруг вспомнил, что открывать его без разрешения старшего воспрещается, а поскольку этот самый старший находился внутри и больше был занят криками боли и руганью в бесполезных попытках вырваться, то оказался в полной растерянности. Итогом умозаключений надсмотрщика стал громкий зов, обращенный к собратьям. Те вняли ему, и менее, чем через минуту, вокруг клетки Эйф собралась приличная толпа в дюжину человек. Окружив неприкрытую сторону решетки, они смотрели то на Рори, то на пленницу, скалили зубы, орали на неё и громко ругались, обещая всевозможные кары. Кто-то бряцал оружием, кто-то норовил отнять ключи у охранника, некоторые даже порывались взять длинные палки и потыкать ими девушку, но в итоге ничего путного и не придумали, только стояли и горланили. Очевидно, им куда проще было возложить всю ответственность на главного, но тот, судя по тому, что не явился собственной персоной, куда-то ушел. Картавый прекратил орать, равно как и попытки высвободиться, и теперь только надрывно скулил, сплевывая кровь из разбитой губы. Можно было подумать, что сложилась патовая ситуация, в которой однако, баланс в большей степени зиждился на рейдерах и их подчинении правилам - весьма ненадежный случай.

Дождавшись, наконец, того момента, когда стихнет Рори и угомонится остальная толпа дикарей (условно, разумеется, спокойнее или организованнее они не стали), Эйф, прочистив горло, отчеканила: “Пять минут”. Выразительно посмотрела на радиовышку, щелкнула по нашивке на плече и встряхнула пленного дикаря, чтобы тот вразумил:
- Ровно столько у тебя есть, чтобы эвакуировать своих людей. Или спасти себя. И не забывай смотреть на небо.
Женщина даже позволила себе усмехнуться. Было кое-что приятное в том, что несущаяся по небу сталь всегда у этих дикарей ассоциировалась именно со скорой погибелью. Вероятность того, что подкрепление тли смена явится на винтокрыле была ещё меньше, чем шанс, что это будет вообще сейчас. Если бы кто и был с приемником, радиоактивность уже была бы замечена. Если нет, то стоило пользоваться этим трюком, пусть даже обманывая.
- Учти, - уже шепотом сообщила бандиту, - За убийство собрата они и преследовать будут.

0

12

Лагерь рейдеров Билдерс покидал в состоянии, близком к смятению и раздраженности. В голове вертелся целый рой мыслей, и главной из них было рассуждение о дальнейших действиях. Долго думать Фрэнк не любил, да и ничего сверхсложного не предвещалось, но весь пережитый сумбур заставлял уделить этому куда больше внимания. Вне всякого сомнения, затея с эскортом накрылась медным тазом. Оставленная на произвол судьбы искалеченная женщина с ребенком, без оружия и припасов, имела, мягко говоря, нулевые шансы выжить и уж тем более добраться до пункта назначения. Непонятно, почему бандиты не пленили и её тоже, может, поленились возиться,  но если на девку и её отпрыска до сих пор никто не напал. Что же, в этом есть свой смысл, и нужно только успеть вовремя, а потом уж как-нибудь дотащиться до Даймонд-Сити… Да кого я обманываю, нет тут никакого смысла! Всё это сплошной трындец, просто лютая хрень и непруха, называйте как хотите, а вместо смысла всё равно дерьмо. Просто признай, дружище, ты объегорился по полной программе. Скажи спасибо, что так невероятно подфартило с рейдерами, что среди них оказался пусть и не самый хороший, но всё же знакомый. Довольно занятно, что кто-то из Шакалов до сих пор жив и подался в здешние края, но от этого теперь ни тепло, ни холодно. Собираться всех ты не будешь, это пройденный этап, но участь всё равно незавидная. Как и всегда, перебиваясь грошами и крохами, влачи и дальше своё существование, придурок.
Но на фоне всех этих раздумий одна вещь всё-таки не давала покоя Билдерсу. Поначалу пытаясь выкинуть её из головы как что-то совершенно ненужное, он всё же определился в истинной ценности и уже не мог просто так отделаться от этой мысли. Там, среди ублюдков и конченых тварей, осталась женщина, которая помогла ему, пусть и немного, но по доброй воле и из чисто человеческих побуждений, и которая пусть и отчасти, но по его вине попала в столь незавидное положение. Сукин сын, а ты даже не попытался поторговаться со Снейком, когда была возможность. Ну уж нет, и отдать ему оружие, крышки или что-то другое очень ценное? Нет, нет и ещё раз… Ну ты и козлина, Фрэнк. После всего того, что уже сделал для искупления собственных грехов, ты отворачиваешься от по-настоящему реального шанса помочь тому, кто в этом действительно нуждается? Ты вообще представляешь, что эти парни с ней сделают? Ты всё представляешь, засранец, прекрасно представляешь. Ну давай, потешь своё сраное естество этими фантазиями, выродок ты эдакий. А ещё лучше вернись и прими участие, паскуда.
Рейдер остановился. Он почти прошёл половину пути до оставленного лагеря, неразумно было бы разворачиваться и идти обратно, ведь действительно – какое ему вообще было дело до этой снайперши, тем более что она из той самой фракции, о которой вслух не скажешь, не сплюнув через плечо. Но совесть… Совесть, мать её, была очень сильный и неприятным чувством, настолько глубоким и могущественным, что даже воля Фрэнка её не перебарывала. А может она и была его волей. В любом случае, разворачиваясь назад и гневно рассыпаясь в проклятиях, мужчина решил больше не думать.

В темноте, сквозь пелену дождя, часовой не сразу заметил приближающегося незнакомца, и поднялся лишь тогда, когда увидел его совсем близко. Вскинув дробовик, он приготовился было открыть огонь, как вдруг подметил знакомую деталь в проявившихся очертаниях гостя и замешкался.
- Какого х*я ты опять прип*здил?!
- Тебя спросить забыли, придурок. – не сбавляя шаг, бесцеремонно ответил Фрэнк, приближаясь к помостам, - Я к Снейку, перетереть надо.
- Ха, ща огорчу тебя. Босс полчаса назад в ходку съ*бал.
- Вот же бл*дь какая, задержаться не мог. – Билдерс взошёл на помост и сразу юркнул под навес, отряхиваясь от воды.
- А я слышал, о чём вы болтали. Решил к нам примкнуть, ага?
- Да-а… - уклончиво протянул мужчина и отмахнулся, - Подза*бало одному таскаться, а вообще, тебя не касается. Но мне всё равно Снейк нужен.
- Ну х*ле, жди. Они не скоро будут. – часовой расслабился и присел на табуретку.
Фрэнк последовал его примеру и облокотился о подпорку навеса, по мере сил выжимая промокшую одежду. Лагерь был небольшой, и со своего места он отлично видел клетку с Эйф и обступившую её толпу дикарей. Они разговаривали на повышенных тонах постоянно ругались и что-то толковали о том, как поступить с девицей. Видимо, та что-то уже учудила, раз собрала столько зрителей, и хотя разговоры рейдеров явно были не в её пользу, что-то их всё же останавливало от сиюминутного агрессивного вмешательства. Она там что, в заложники кого-то взяла?
- А что с этой сучкой? – наконец спросил он у дозорного, когда страсти вокруг пленницы начали закипать с новой силой.
- Да я не е*у вообще, пойди сам спроси.
- О, а это не ваши там возвращаются? – обернувшись в сторону болот, Фрэнк вдруг указал туда пальцем.
- А? Где? – часовой засуетился, вглядываясь в даль.
Но высмотреть ему ничего не удалось, потому что в обозначенном направлении никого и не было. Это было лишь отвлекающим маневром, с помощью которого Билдерс решил убить рейдера. Схватив того за голову и откинув назад, он воткнул тому нож в горло по самую рукоятку, провернул вдоль своей оси и, чтобы наверняка, с силой рванул как рычагом. Звук разрываемой плоти и брызнувшую кровь заглушил шум дождя, и под покровом ночи никто не заметил убийства. Да и некому было особо – как уже успел заметить рейдер, лишь пара бандитов дежурили на разных концах базы, и один из них был сейчас зарезан, а остальные столпились вокруг клетки, забыв про осторожность и вообще всё на свете. Не успела вся кровь вытечь, как Фрэнк, отложив часть снаряжения, взялся за оружие убитого. Единственным и главным трофеем стал полуавтоматический боевой дробовик с барабанным магазином – чертовски классная вещь, а какому дураку досталась. Теперь же ей надлежало найти достойное применение – барабан, набитый дюжиной дробовых патронов, прямо намекал на то, что живым не уйдет никто.
Никто не придал значения тому, что со стороны поста приближается фигура с ружьем на плече и винтовкой в руках. Всё внимание толпы было приковано к тому, что творилось за решеткой, да и в темноте особо ничего не разглядишь – наверное, дозорный тоже решил на минутку оторваться от своего поста и принять участие в общем балагане. Но каково же, наверное, было удивление публики, когда этот самый часовой вдруг вскинул винтовку, с пару секунд прицеливаясь в своего коллегу на дальнем помосте, а затем выстрелил и тут же быстро положил оружие на пол. Не все сразу обернулись на выстрел, а те, что всё-таки сделали это, какое-то время недоумевающее смотрели на рейдера, перехватывающего дробовик поудобнее и прикладывая его к плечу. Но прежде, чем кто-то успел закричать караул, из ствола двенадцатого калибра полыхнуло пламя, а за ним ещё, и ещё одна. С каждой вспышкой скучковавшихся бандитов щедро одаривало порцией разносортного заряда, где одна половина дроби, словно жало гнуса, пребольно впивалась в незащищенные участки тела, а вторая, будучи картечью по-крупнее, с легкостью пробивала одежды и разрывала мышечную ткань. С чистой совестью можно было сказать, что свою порцию получил каждый – кто-то больше, кто-то меньше, но патронов всё равно было больше, чем целей, и никого пропустить стрелок не мог. Единственным человеком, по которому не вёлся огонь, была женщина в клетке. Возможно, она тоже приняла участие, но даже если ей и было чем, Билдерс всё равно этого не заметил и не услышал в том скоротечном грохоте, что он устроил при помощи дробовика. Лишь когда магазин опустел, а оружие холодно щёлкнуло затвором, он выбросил его как бесполезную и сломанную игрушку, вытащил пистолет и решительно направился к груде поверженных врагов. Надо признаться, не все из них обрели покой на месте. Добрая половина корчилась в муках, так и не успев сообразить, какая нечистая принесла этого мудака. Но Фрэнк не дал им времени на осмысление – прострелить головы практически неподвижным и абсолютно беззащитным врагам было легче простого. Некоторых он даже мог прирезать, не тратя боеприпасы, но об этом мужчина не думал. Он вообще перестал критически воспринимать происходящее за минуту до того, как убил первого рейдера. В какой-то момент он просто доверился собственному естеству, слепому и беспощадному, но ведомому некой силой, в правильности и справедливости которой невозможно было сомневаться – слишком редкое совпадение интересов Фрэнка Хорошего и Фрэнка Плохого, чтобы можно было им побрезговать.
И вот, когда голова последнего выжившего, на мгновение озаренная всполохом выстрела, упала на дощатый пол с дырой во лбу, Билдерс наконец угомонился. В бандитском лагере не осталось ни одной живой души кроме него и Эйф – в её клетке, кажется, лежал ещё один человек, но признаков жизни он не подавал. У женщины было при себе оружие, отнятое, скорее всего, у того же несчастного, и сейчас та могла запросто подстрелить мужчину из клетки. Был ли у неё повод это делать, Фрэнк не знал, но и не предпринял ничего против этого, потому как в мыслях уже утвердился в том, что проступок, за который испытывал муки совести, отныне искуплен. Оставалась самая малость.
Он подошёл к клетке, ухватился протезом за замок и, с силой крутанув его, свернул менее прочные ушки двери, на которую он был повешен. С глухим скрипом клетка сама собой отворилась. Рейдер молча отошёл в сторону, освобождая проход, и уставился глазами в пол. Куча трупов, ошметки тел и одежды утопают в огромной луже крови, что, быстро разбавляемая дождевой водой, просачивается сквозь помост. Кто-то, громко кашлянув, еле-еле зашевелился под ногами, и Фрэнк молниеносно пустил ему пулю промеж глаз, словно тот несчастный мог опередить его и выстрелить в ответ. Чёрт, да у парня обе руки перебиты в локтях… Что-то здесь нездоровое.

+1

13

Когда началась стрельба, Эйф притихла, отползла в самый угол. На то, что это были Братья, они даже не надеялась. Да и по поднятому оружейному шуму было понятно, что это скорее стычка между рейдерами. Тяжёлое оружие и организованная стрельба звучали совсем иначе. Так или иначе, это был её шанс на спасение. Необходимо было переждать и найти способ "под шумок" освободить себя и смыться, не забыв прихватить винтовку. Такой подарок судьбы ни один из этих людей не заслуживал. Откровенно говоря, дать им в руки даже собранный на колене самопал было большой ошибкой мироздания.

В конечном итоге стрельба закончилась раньше, чем женщина успела найти свой выход на свободу. Впрочем, последнее обнаружилось самостоятельно. Когда тяжёлые прутья клетки отогнулись под давлением кибернезированной руки, Эйф, даже не видя его сквозь мрак и непогоду, всё равно опознала спасителя. Не то что бы закалённой разведчице Братства Стаи внезапно вернулась вера в человечество, но, перешагивая через тела и как-то кисло поглядывая на Билдерса, она кивнула в знак благодарности. Но всё же сразу отрезала все попытку обсуждать это:

- Даже не думай говорить про совесть или про то, что мы теперь квиты. Ты и не был мне должен, - убрав за ухо промокшую от дождя прядь, Эйф, не выпуская из рук примитивного пистолета Рори, перешагнула ещё пару тел и уже увереннее направилась к бандитскому схрону, - Но спасибо.

Наконец дождавшись возможности свободно передвигаться, женщина скоро размялась и потянулась. Даже несмотря на заварушку с почившим Рори, всё равно Эйф чувствовала себя напряжённой. И хотя до полного расслабления было далеко, а выключать бдительность рядом с человеком, запросто перестрелявшим гору людей, не стоило, пусть он и как будто бы спасал тебя, Эйф чувствовала себя много лучше.

+2

14

- Ну раз не хочешь про совесть, то не буду. - пасмурно проговорил Фрэнк.
С его лица не сходила слегка обалдевшая и даже немного агрессивная гримаса. Какое-то время он так и стоял перед вскрытой клеткой, в то время как женщина уже приступила к возврату имущества. Со стороны, наверное, это выглядело как шок или типа того, будто рейдера задел собственный поступок. Это действительно было так, но лишь отчасти, и уж никоим образом не связано с массовым расстрелом. Фрэнк просто не мог поверить, что решился на такую затею, которая, надо сказать, могла обернуться весьма плохо, и лишь случай помог отделаться лёгким звоном в  ушах, ради человека из Братства Стали. Он слишком хорошо знал это сообщество, и в памяти ещё свежи были воспоминания о том, как бравые перцы в силовой броне гонялись за ним по Столичной Пустоши из-за протеза. Но как подсказывает практика, Братство Стали не меняется. И вот теперь одна из них всё знает и непременно доложит. Может, пристрелить её, пока не убежала, а не то прогулки по Содружеству приобретут совсем уж развеселый характер, и тогда убегать придётся ему.
Фрэнк недовольно фыркнул и в сердцах сломал дробовик пополам через колено.
- Нет, я тебе ничего не должен, но и мы не квиты. - он довольно быстро подошёл к Эйф и остановился в паре метров, держа в руке обломок приклада, что со стороны выглядело довольно агрессивно, - Должок за тобой, маленький, но есть. И разделаться с ним ты можешь прямо сейчас.

+1

15

Торговаться Эйф не была намерена. Осознавая всё положение дел, поэтому и только поэтому она вела себя осторожно. Достаточно открытая и простая сама по себе, она позволяла себе сдержанность только потому, что не до конца понимала, чего ожидать, чего опасаться. Как поступать - это всегда было самым простым, здесь вопрос не возникало. И не могло возникнуть. Вернув винтовку, перетянув назад её крепкий ремень, посетовав про себя на отсутствие прочей амуниции, вероятно, разобранной рейдерами, но всё же вернув себе свой боевой нож, женщина почувствовала себя если не увереннее, то, как минимум, комфортнее. С родными "девочками" под боком всегда милее.

- "Должок", ага? - осторожности ради держа руки перед собой, Эйф всё же позволила себе скрестить их на груди, чтобы, наконец, ощутить, что, в общем-то, продрогла, несмотря на пыльник. Дождь делал своё дело.

На Фрэнка смотрела внимательно. Без оценивающего взгляда, но всё же не сумев скрыть хоть какого-то даже не предосудительной манеры, а именно того непонимания, с которым смотрят на особенно наивных или сильно заблуждающихся людей. В конце концов, спасение утопающих в Пустошах всегда было делом самих утопающих.

- Ну давай, жги, - неспокойно усмехнувшись, снайпер призвала Фрэнка уже "выдать" то, что было у него на уме и, очевидно, не слабо его беспокоило.

+1

16

Почему сейчас Билдерс вёл себя слишком агрессивно? Отчасти потому, что он всегда таким был, за редким исключением тех моментов, когда всё складывалось превосходно, и это не вызывало у него подозрений. Но сейчас до него дошло понимание картины происходящего, вся полнота её упадочничества и разрухи. Проще говоря, всё накрылось медным тазом, и сейчас просто Фрэнк прочувствовал это каждой своей больной клеточкой. И немножко вживленным железом, да.

- Ага, должок. - он подбоченился, стараясь держать руки подальше от оружия, потому что хотел выглядеть чуть менее агрессивным.

Раз уж так сложилось, надо было выжать из этого максимум. Эйф была из Братства, и Фрэнк, будь на то его воля и знай он заранее, держался бы от неё и ей подобных как можно дальше. Но сейчас, вроде бы, пальму помощничества полагалось держать ему, а следовательно и прав на компенсацию он имел несоизмеримо больше. В своих глазах уж точно.

- Когда ты вернёшься к своим... Если вернёшься. Тебе надо будет отчитаться, рапорт там написать или типа того, я не знаю. Но - ты и я. Нас вместе не было ни сейчас, ни когда-либо ещё. Ты поняла? Меня здесь не было, и ничего такого ты не видела, - он демонстративно покрутил механической рукой, - Хотя, кому я это говорю? Какой-то бабе из клана силовой брони. Но лучше тебе убедить меня, что помимо жестяных доспехов у вашего брата ещё и достоинство есть.

И всё-таки, надо было её пристрелить сразу же. Конечно, можно и сейчас, рейдер достаточно резкий для этого, но он хотел сперва посмотреть, что она скажет.

+1

17

Женщина нахмурилась. Этого стоило ожидать, к этому можно было подготовиться. Но что ожидал теперь от неё Билдерс? Неужели он не понимал, что Братство обособленно не просто так, что оно держится своего кодекса, даже если ради этого приходится объявлять войну всему миру? Вашингтон был позади, и те времена, когда они сражались за людей против мутантов прошли, теперь ради человечество приходилось сражаться против всё тех же людей.

- Ты должен понимать, что в моём докладе будет упомянут дикарь с протезом. Посмотри, что ты сделал. Кровавая баня, в центре которой - обладатель современной технологии. Вот почему существует Братство. Вот за чем оно следит.

Резко выпрямившись, Эйф кротко и нервно усмехнулась. Господь, она говорила, как старшие товарищи и наставники. Возможно, что-то из канонов истинного Братства ей всё же сумели вбить в голову за это время. Но, в конце концов, она воспитывалась не имя, а Львами, - и это был совсем другой разговор. Тот, который вели с людьми, умея слушать.

- Я не назову твоего имени. Я не скажу, потому что не буду знать, куда ты ушёл. Для них это будет перестрелка среди рейдеров, у одного из которых было технологическое преимущество. И если тебе нужно моё содействие, вот тебе профессиональный совет: ты не найдёшь проблем с Братством до тех пор, пока ты не будешь оставлять подобные следы, отчётливо дающие знать о том, что у тебя есть металлическая штуковина, делающая тебе несколько опаснее обычных дикарей. Если уж ты устал бегать и избавляться от прошлого, думаю, с этим у тебя проблем не возникнет.

+2

18

Нет, что она себе позволяет? Вы посмотрите на неё, торгуется ещё! Вот сейчас всажу в твою бренную тушку полмагазина девятимиллиметровых, и тогда посмотрим, как ты запоёшь. Но угомонись, дружище, тебе надо держать себя в руках. Пострелять мы всегда успеем, а попробовать договориться ничто не мешает. Вспомни, когда ты последний раз решал дела мирно? Вот-вот, одумайся. Она ни в чём перед тобой не провинилась, просто выполняет свою работу, а тот долг, который висит на ней перед тобой, точно не стоит ещё одной жизни, даже если это жизнь мудака из Братства Стали.
- Нет, так дело не пойдёт. Тебе ничего... Ну вообще ничего мешает умолчать о том, о чём я тебя.... Прошу, да. - Билдерс стиснул зубы, подавляя приступ гнева, - Всего лишь одна бл**ская, е**ть её в жопу, услуга, которая ничего тебе не стоит, а мне, бл**ь, может жизнь испортить!
Так, прекращаем, живо! Сейчас она испугается и сможет сказать тебе что угодно, лишь бы ты отвязался, или вообще попытается перехватить инициативу с первым выстрелом, и тогда... Нет, Фрэнк, достаточно крови на сегодня. Тебе ещё полтора поселенца на своём горбу через всё Содружество тащить.
- Короче, зае**ло. Поступай как знаешь, как умеешь, как вы, бессердечные сволочи Братства, всегда делали и делаете. Уж как-нибудь переживу. От линчевателей ушёл, от Института ушёл, от ваших штурмовиков в Вашингтоне ушёл, и сейчас пронесёт.
Притопнув ногой, рейдер засобирался, первым делом начав с того, что принялся осматривать и обыскивать трупы - болтовня болтовнёй, а патроны и прочая снедь на дороге не валяются.

+1

19

Для человека, который был в Вашингтоне, он позволял себе говорить о Братстве непозволительно грубо. Пожалуй, упоминание Столичной Пустоши стало именно тем моментом, когда женщина-снайпер решительно переменилась в своей манере поведение, в выражении лица. За Старейшину Лайонса было обидно: в конце концов, именно он и его Рыцари, - да и она сама, тогда ещё совсем зелёная, - развернул всю свою мощь, все свои ресурсы, на защиту именно человечества, а не отдельной и редкой его цивилизованной и условно гуманной части. В Вашингтоне была война, и гоняться за всякими дикарями, которым перепал кусок железа, даже Львиный Прайд себе позволить не мог. Но комментировать это Эйф не стала: достаточно было того, что она уже вышла из себя при упоминании захваченной супермутантами столицы, до бледности в крепко сжатых пальцах.

- Или беги так, чтобы никто не догнал, или бери ответственность, - достаточно мрачно на фоне предыдущих фраз бросила рейдеру Эйф, - С первым, судя по всему, ты справляешься отлично. Второе, может, будет в новинку. Вдруг понравится.

Махнула рукой. О чести, совести и долге этот мужик явно не знал. Как не мог оценить того, что она уже ему предложила, полностью отойдя от кодекса и правил Братства Стали. Ему следовало ценить, что она до сих пор вообще не отправила сигнальный снаряд, не попыталась его задержать или ликвидировать вообще. Даже не думала. Но всё это было лишними мыслями, - всё лучше, чем лишние слова. И пока Билдер был занят очевидной для него деятельностью, она только вздохнула. Наткнётся на другой патруль - так дерзить уже не будет.

- Береги себя и беги так быстро, как только можешь, - условно и возможно даже искренне обратилась. Теперь уже точно на прощание. Ей всё ещё нужно было замести следы.

0


Вы здесь » Fallout: Flames of the Dawn » Архив завершенных эпизодов » На севере ветер тянет болотом


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC