Fallout: Flames of the Dawn

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Fallout: Flames of the Dawn » Принятые анкеты » Шакал


Шакал

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

1. Имя, фамилия.
Фрэнк, Билдерс
2. Возраст, раса, пол.
42, человек, мужской
3. Фракция, род деятельности.
Одиночка, наёмник, рейдер
4. Характер.
Без лишних слов, сразу стоит заметить, что, столкнувшись с Фрэнком впервые на нейтральной почве, понимаешь: мужик он серьёзный, цену себе знает и по пустякам не разменивается. Единожды разойдясь с ним во взглядах, развернётся спиной и прощай задушевная беседа, а начнёшь доставать, развернётся ещё раз и привет беззубая улыбка. Но коли контакт заладился, то и общий язык найдётся, и пара крышек на бутылку виски в поддержание разговора. Главное, не пытаться переубедить Билдерса в чём-то, в чём он уверен безоговорочно, только время потеряете. У этого человека своё собственное представление о том, как правильно надо жить, его мало волнует, согласны ли вы с ним или нет, и даже если он признает свою ошибку, то вряд ли открыто об этом скажет.
Порядочным Фрэнка точно не назовёшь, есть в нём что-то такое, что отталкивает и немного пугает, и хотя он старается жить по совести, тёмная сторона личности нет-нет да проявляет себя. К слову об этом: давайте будем честными, в наше время и дня не обходится без того, чтобы не пролилась кровь невинных, не раздался плач обездоленных. И если редкий оптимист может на фоне этого с улыбкой и надеждой смотреть в светлое будущее, то с Билдерсом ситуация практически такая же, как и с любым другим обывателем - тёмное прошлое осталось позади, и то были лучшие времена, а значит ждать добра от завтра нечего - либо ты кровью и потом, либо тебя раком и без мыла. В противном случае вы совершенно не понимаете сути Пустошей, но вряд ли Фрэнк будет одним из тех, кто вам всё объяснит.
5. Внешность.
Фрэнк является обладателем от рождения мощного и крепкого телосложения. Рост 180 см, широкоплеч и мускулист. Левша. Черты лица грубоватые, но не отталкивающие. Глаза карие. Брюнет, предпочитает короткую стрижку "ёжиком", по мере возможности может отпустить короткий ирокез. Растительность на лице редко бывает длиннее толщины большого пальца руки, но ещё реже бреется начисто, а вообще любит отращивать короткую бородку и усы. Любому костюму предпочтёт старую добрую рабочую рубаху и мешковатые штаны немарких расцветок, а r кожаной одежде так вообще испытывает особую любовь, но при этом без брони и снаряжения редко где показывается. Из отличительных особенностей: куча шрамов всех мастей везде, где только можно, а также обилие татуировок. Хотя, этого "добра" навалом у каждого второго на Пустошах, но вот что точно заслуживает внимания, так это отсутствие правой руки - вместо неё электромеханический протез, но под одеждой такая деталь в глаза бросается далеко не сразу.
6. Биография.
Билдерс не особо любит распространяться о своём прошлом,и пускай о детстве у него остались только хорошие воспоминания, рассказывать особо нечего. Вырос он в семье скотоводов - скучное занятие, нужно признать, только и видишь каждый день одни браминьи рожи по две на тушу, но дело было прибыльное, средствами обеспечивало. Недостатка в общении Фрэнк тоже не имел - семья полная, брат с сестрой младшие, дяди, тёти и соседей вагон. Мать...ну что мать - святая женщина, добрейшей души человек, всю жизнь на кухне да по дому хозяйничала, кормила всю ораву и, казалось, больше ничего в жизни не знала, но за то ей особое спасибо. А вот отец был всем отцам отец, просто мировой батя. И не то что бы он был крутым знатоком воспитания и идеалом для подражания, но как семьянин удался на славу - с такими хорошо, спустя много лет, сидеть на крыльце в кресле-качалке и потягивать медовуху, наблюдая за пасущимся в лучах заката стадом и вспоминать старые добрые деньки. С малых лет готовил наследника к продолжению семейного дела, но главному научить так и не успел - беготня за юбками до добра не доводит.
В один прекрасный день юный Билдерс утвердился в мысли, что жизнь ему не мила без общества одной очаровательной барышни, имевшей несчастье показаться на глаза, будучи проездом в этих местах. Какие только глупости копошились в голове молодежи, можно только догадываться, но в итоге мальчишка решился тайком сбежать из дома вместе с этой прелестницей и податься в город, куда, собственно, она и направлялась.
А вот дальше всё было совсем не радужно. В город, именовавшийся так только на словах местных, Фрэнк, конечно, прибыл, но любовь не сложилась - объект его пылкой страсти нашёл себе более состоятельного кавалера и в одночасье испарился с поля зрения. Конечно, спустя некоторое время эта девица стала проституткой, подсела на винт и скоропостижно скончалась в сточной канаве, но довольно ухмыляться и благодарить Великую Справедливость Билдерс будем потом, а в те годы его такой расклад, мягко говоря, разочаровал. Оставшись с голым задом на чужбине, он хотел было вернуться с повинной домой, и мог бы смело рассчитывать на теплый приём блудного сына, но гордыня и амбиции взяли своё.
Какое-то время Фрэнк перебивался случайными заработками, но работы круче "бери больше - кидай дальше" всё никак не подворачивалось. Молодой человек и сам не заметил, как оброс знакомствами с подозрительного вида типами как болотник тиной. Однажды он просто проснулся в подворотне с жесточайшей ломкой и готовностью пойти на всё, лишь бы раздобыть себе чего-нибудь перекумариться. В тот день город осиротел на одного человека, а впоследствии и ещё на несколько, а Фрэнк распрощался с планами на нормальную жизнь.
Вот только повторить судьбу своей недавней любви ему, к счастью, не удалось. Всё ещё обладая хорошим здоровьем и силой, пусть и заметно расшатанными, он невольно обратил на себя внимание товарищей по социальному статусу, отличавшихся чрезвычайно сильной деловой хваткой и умением действовать более-менее организованно. Тогда-то жители городка, ранее успешно отбивавшиеся от нападок разбойничьих шаек с окрестностей, стали жертвой похожей проблемы, но уже изнутри.
Это было лихое, дикое время. Билдерс старается держать подробности втайне, но, в отличие от прочих этапов жизни, об этом действительно стоило бы рассказать - хотя бы на исповеди. Рейдерский клан, выросший на остатках разграбленного населенного пункта, обрёл небывалую силу и терроризировал всю округу. Не последнюю роль в этом играл Фрэнк - продолжая упарываться химией сотоварищи, он был одним из главных активистов по части всех зверств, что учиняли головорезы направо и налево.
Клан, известный как «Шакалы», просуществовал очень долго и успел навести немало шороху прежде, чем за него всё-таки взялись основательно. Зачистка длилась не один день, и это была самая настоящая мясорубка. Мелкая шушера, едва успевая подбирать зубы и отстреливаемые части тела, разбежалась кто куда, а самых злобных уничтожили со всей возможной яростью, на которые они сами были способны. Билдерсу лишь чудом удалось уцелеть в бойне, и то не полностью – в итоге он лишился руки и, ещё живой, едва не удостоился чести занять «почётные» первые места в рядах насаженных на колья собратьев, но был пленен какими-то ребятами из Содружества. Впоследствии на нём ставили опыты, и лишь благодаря природной живучести он пережил их. Закончилось всё довольно интересно и, можно сказать, хорошо – в ходе очередного эксперимента Фрэнку имплантировали механическую руку взамен утраченной конечности. Опыт прошёл успешно, тогда же представилась возможность сбежать, коей мужчина и воспользовался.
Всё-таки время, проведенное в качестве подопытной крысы, пошло Билдерсу на пользу. Он избавился от зависимостей, поправил своё физическое и, главное, психическое здоровье, благодаря чему сумел расставить приоритеты в пользу того, чтобы больше не вляпываться во что-то подобное.
Но мораль моралью, а человеческие потребности никто не отменял. Как и в пору своего юношества, Фрэнк столкнулся с проблемой заработка, но в этот раз дела пошли куда лучше. Мужчине удалось устроиться охранником в торговый караван, и за несколько ходок он понял, что готов посвятить этому достаточно времени. В работе ему очень сильно помог полученный ранее жизненный опыт – новоиспеченный охранник знал, чего следует ожидать от дорожных бандитов и прочих тварей с Пустошей и как этому противостоять, так что довольно скоро скопил приличный капитал для организации своего маленького бизнеса. Уже зарекомендовавший себя в торговой сфере как опытный и надежный товарищ, Билдерс в течение нескольких лет с переменным успехом продавал снаряжение и инструменты, путешествуя по Пустошам от городка к городку, от деревни к деревне.
Стоит знать, что, как бы ты не был матёр и подготовлен, рано или поздно найдётся кто-то, кто окажется сильнее тебя и однажды положит глаз на твоё добро. Дело Фрэнка не стало исключением, когда в один прекрасный день его караваны, коих на тот момент было уже целых три, постигла судьба, которая рано или поздно постигает любых путешественников. Рейдеры убили всех его людей и забрали груз, и хотя рассерженный караванщик таки выследил одну банду и устроил им кровавую баню в собственном логове, возместить ущерб не удалось – уцелевшего товара хватило лишь на покрытие собственных расходов, выплату неустоек и сносное проживание в течение нескольких месяцев. Не решившись повторно начинать дело с нуля, Фрэнк на какое-то время ударился в запой.
Ни один разумный мужчина, прошедший столько бед и побывавший на самом дне, не захотел бы вновь к этому вернуться. Для Билдерса верное решение было лишь вопросом времени, и когда запойная бутыль опустела, он не преминул возможностью вернуть себе человеческий облик. Деньги у него ещё оставались, а вот желание наступать на старые грабли как раз отсутствовало. Нужно было занятие, позволявшее иметь разнообразие в работе, и под эту категорию подпадал только труд порученца.
Многолетняя практика показала, что расхлебывать всевозможные дела за других людей может быть не только прибыльно, но и интересно. Конечно, мало найдётся людей, писающих кипятком от возможности рисковать шкурой, отстреливая шайку мародёров за сущие гроши, а на следующий день тащить ценную посылку в тридесятое царство, но Фрэнку такая работа нравилась. Он испытывал настоящее удовольствие, путешествуя по Пустошам и помогая людях в различных проблемах, пусть это и было порой чертовски опасно. Плату, безусловно, он брал, и нередко завышенную, но было (и есть до сих пор) для него в этом деле что-то такое, за что стоило сказать «спасибо» прошлому. Попытка загладить грехи? Возможно…
7. Навыки.
Бывший рейдер не бывает бывшим в полном смысле этого слова. Он не понаслышке знает, как орудовать холодным оружием и собственными кулаками, прекрасно понимая, как с помощью тех и других ломаются спины, крушатся черепа и перерезаются глотки, что вкупе с недюжинной физической силой дает опасное сочетание - главное, уметь вовремя остановиться. А если вдруг случится повстречать такого же отмороженного, у них всегда будет шанс договориться прежде, чем прольётся кровь.
Опытный караванщик, преодолевший не одну сотню миль и знающий, как вести дела, всегда помнит главную заповедь Пустошей - без верного ствола и точного выстрела там делать нечего. На "ты" с лёгким стрелковым оружием, и хотя экспертом в данной области его не назовёшь, в двух словах описать это можно так - куда целится, туда и пуля летит. В конце концов, лучше медленно и прицельно, нежели быстро и мимо кассы. И самое главное - торговец просто обязан знать всё о том, что он продает, и это нужно не только для того, чтобы выиграть лучшую цену.
Путешественнику, особенно одному, следует уметь заботиться не только о личной безопасности, но и о сохранности снаряжения. В полевых условиях редко удается произвести полноценный ремонт, но можно быть уверенным, что, случись чего, на фоне тотальной нехватки инструментов и запчастей то или иное приспособление, будь это оружие, броня или предмет обихода, прослужит ещё некоторое время. Иногда для этого может потребоваться творческий подход.
Можно быть сколько угодно живучим, но когда из тебя как из ведра хлещет кровь, полезно уметь заштопать себя подручными средствами. Квалифицированной медицинской помощи это не заменит, но до ближайшего лекаря или, на худой конец, шамана дотянуть всегда можно. Но прежде, чем представится возможность схлопотать пулю и отведать пятой точкой чьих-либо зубов пятой, бывалый выживальщик проявит чудеса осмотрительности и смекалки, чтобы заметить опасность раньше. чем станет слишком поздно, и постараться обойти её стороной.
Не обязательно быть дипломированным поваром, чтобы разделать тушку кротокрыса или сварить радтаракана так, чтобы через секунду после употребления в пищу исторгнуть её обратно. Стряпать в Пустошах умеет, пожалуй, каждый второй, правда, о вкусе получившихся блюд лучше не говорить. Но если вдруг живот прихватит или в жар кинет, то приготовить отвар из травок всегда можно.
Человека, за плечами которого столько всякого дерьма, что иному лихоимцу и не снилось, по пятам преследует дурная карма. Или плохая аура, называйте как хотите. Такое ощущение, будто у него на лице написано "Отъе**сь!" на всех языках мира, и мало кто из нормальных людей этому не внемлет. А вот всяких отморозков, внезапно ощутивших прилив дружелюбия и порядочности, как магнитом притягивает - то ли товарища в нём увидят, то ли гуру-душегуба, готового поделиться опытом. Вот только тот, кто полжизни старается держаться от них подальше, такая харизма совершенно не радует.
8. Имущество.
Охотничья винтовка с оптическим прицелом (+ две с половиной дюжины патронов)
9-мм пистолет (+ два запасных магазина)
Обрез двустволки (+ дюжина патронов)
Осколочная граната (1)
Рейдерский нож Шакалов
-
Простая одежда
Кожаная броня (армированная)
Вспомогательное снаряжение (патронташи, подсумки, разгрузка)
Большой вещмешок
ПИП-бой 3000 (трофейный, десинхронизирован)
-
Банка вяленой оленины
Большая фляга с чистой водой
Пакет кедровых орехов
Бутылка самогона
Средства личной гигиены
Набор инструментов (включая швейные, медицинские и принадлежности для снаряжения патронов)
Зажигалка
Стимпаки (3)
Винт (1)
Целебный порошок (1)
Блок сигарет
Крышки (450)
9. Связь с игроком.
Skype: citrek21091987
10. Пробный пост.

Побег

- Объект Сорок восемь шестьдесят четыре дробь сорок два, на выход!
Вслед за ставшим уже привычным окликом дежурного последовал лязг открывающихся магнитных запоров камеры, в которой содержался подопытный. Его звали Фрэнк Билдерс, но в стенах Института за ним закрепился типичный цифровой «позывной» - №4864/42. В рамках проводимых экспериментов его последнее время всё чаще стали называть по имени – редкий случай долгожительства породил условную привязанность к подопытному – но в остальное время эти цифры преследовали его постоянно, и даже в камере напоминали о себе термическим штампом на единственном живом запястье.
Фрэнк бросил стул, использовавшийся в роли гантели, и поторопился встать напротив двери. Когда та отъехала в сторону, он покорно вышел на пару шагов в коридор и, не дожидаясь приказа, подставил руки. Магнитные наручники сомкнулись – слева, где была живая рука, они прижались плотно и мягко, а с другой стороны, где находился протез, металл звякнул громко, тут же отозвавшись болью в ещё толком не заживших сочленениях с плотью.
Два конвоира сопроводили Билдерса в лабораторию, где его уже ожидала группа учёных. Фрэнк лениво осматривался по сторонам – он ходил этой дорогой кучу раз, и последний был всего неделю назад. Тогда ему установили роботизированный протез на место отсутствующей руки, и, надо сказать, это было чертовски больно, поскольку операция делалась без анестезии. Мужчина готов был поспорить, что, несмотря на все уверения нейрохирургов, это была лишь их прихоть. Впрочем, слово «нейрохирург» и его значение он узнал тоже совсем недавно.
- Доброе утро, Фрэнк. Мы уже заждались тебя. – без особого энтузиазма приветствовал его учёный, руководитель операции.
- И вам не хворать. – равнодушно ответил Билдерс, лениво шаря взглядом по помещению.
- Ты сегодня в хорошем настроении, надеюсь? – доктор кивнул охранникам, чтобы те подвели объект к операционному столу и зафиксировали.
- Да, я успокоился. Прошу прощения за моё вчерашнее поведение, сэр.
- Замечательно, тогда давайте приступать.
Вся эта игра в вежливость была лишь пустым трёпом. Никто не воспринимал подопытного как человека, он был лишь куском мяса для проведения опытов, который оказался чересчур живуч и стоек ко всем экспериментам. Поначалу он пытался сопротивляться, даже зашиб парочку охранников, но бестолку – выход из этого места был недоступен, а с одной рукой и жесточайшей наркотической ломкой долго не пробегаешь. Фрэнку пришлось смириться, а через некоторое время дошло, что дружелюбным поведением можно выгадать для себя кое-какие поблажки. Например, книжки. Он умел худо-бедно читать, и хотя местные фолианты пестрели непонятными терминами в каждом предложении, там хотя бы были интересные картинки.
- Как рука? – наконец деловито спросил доктор, когда подопытного зафиксировали на столе.
- Болит.
- Так. – хирург освободил искусственную конечность от ремней, - Теперь попробуй-ка согнуть только указательный и средний палец, а затем вытянуть руку и описать ею в воздухе как можно более ровный круг.
Билдерс молча приступил к выполнению указания, но у него почти ничего не получилось – механические пальцы согнулись через один, а неловкие и прерывистые движения вытянутой рукой очертили фигуру, больше похожую на трапецию, нежели на овал.
- Что-то не получается. Прошлый раз было лучше.
- Всё в порядке, так и должно быть. Только часть твоих нервных окончаний подключена к сервоприводам, некоторые из них не смогли адаптироваться, и синаптическая связь утрачивается. Сегодня мы рекомбинируем их полностью. Благодаря эвристическому методу…
- Типа методом подбора?
- А…да, верно. Вижу, литература начинает тебя просвещать.
- Ну есть малёхо.
- Ладно, приступим. У нас есть для тебя небольшой сюрприз. – доктор обернулся к ассистентам, - Подайте пип-бой.
- Ненавижу сюрпризы… О, это что, та самая хрень? – Фрэнк от удивления приподнял голову, насколько позволяли фиксирующие ремни, когда мимо его глаз пронесли знакомый наручень, - Вы её починили?
- Почти. Восстановили лишь основную систему, но биометрически печати задавать пока нецелесообразно. Мы используем его для синхронизации с протезом и более точной настройки.
- Круто, а можно мне его потом себе оставить?
- Нет.
- Ладно.
- Что же, приступаем.
Как и в прошлый раз, операция происходила без анестезии. Доктор позволил выпить несколько болеутоляющих пилюль, но толку от них было немного – поначалу Билдерс ещё терпел, но когда начали оттягивать нервы и крепить их к электродам, он взвыл от боли и инстинктивно начал вырываться так, что аж ремни заскрипели от натуги.
Когда же работа была закончена, Фрэнк лежал в полубессознательном состоянии, готовый отключиться в любой момент, и не заметил, как с него сняли пип-бой и частично освободили от фиксаторов.
- Фрэнк, ты меня слышишь? Попробуй подвигать рукой, я хочу убедиться, что всё сделано правильно.
- А…ага, хорошо…
Зашуршали приводы, задвигались механизмы, и механическая рука начала быстро перебирать пальцами, делая это плавно и без единой заминки.
- Превосходно. Снимайте пип-бой и транспортируйте объект в камеру. Режим питания изменить согласно анамнезу. А вы, Сорок второй, потренируйтесь самостоятельно, потом расскажете обо всём. Только умоляю, не расковыривайте швы – знаю, что они чешутся, но это в ваших же интересах.

Объект 4864/42 был препровожден в камеру содержания. Ему сразу предложили завтрак, но Фрэнк отставил поднос в сторону и первым делом завалился в койку. Сказать, что у него всё болело, значило ничего не сказать. Всё ещё находясь под остаточным действием обезболивающего, он попытался уснуть, и спустя несколько часов нервных ворочаний ему это удалось. Проспал Билдерс на удивление долго, до позднего вечера, и это несмотря на то, что его мучили кошмары, наполовину состоявшие из прошлых воспоминаний и особенно повторяющегося момента потери руки. Только когда принесли ужин, он поднялся с койки, съел всю еду сразу и снова завалился в кровать. Туловище в районе спины и места сочленения с протезом всё ещё ныло, но уже не так сильно – всё-таки не впервой мужчине было привыкать к длительной боли. Спать больше не хотелось, но и заниматься другими вещами тоже. Фрэнк вытянул перед собой механическую руку и несколько раз повторил тестовый жест. Получилось замечательно, и тогда он попробовал выкрутить руку так, как не удалось бы нормальной…
В течение нескольких часов рейдер игрался с обновленной конечностью, пока не испробовал всё, на что хватило фантазии. Когда же его вновь потянуло в сон, он не стал противиться желанию, но перед этим решил проверить ещё кое-что. Обхватив металлический каркас кровати, он попытался сжать его так сильно, как только мог. Полая железная трубка смялась как пластилин, сдавливаемая мощными приводами механической конечности…

За несколько часов до завтрака, раньше чем обычно, Фрэнк вновь оказался в операционной. У двоих ассистенток вид был заспанный, словно они этой ночью и вовсе не спали, и только главный бодрствовал. Охранники за дверью, впрочем, тоже были не в лучшей форме, но виду не подавали.
- Доброе утро, док. Рановато сегодня что-то.
- И тебе не хворать, как ты любишь говорить. Да, у меня выдалась очень продуктивная ночь, и я не намерен сбавлять обороты. Впрочем, довольно, не отвлекаемся. Подайте пип-бой.
- Док, я вот всё хотел спросить. Вы часто бываете снаружи? – спросил мужчина после долгой паузы, пока ему прилаживали устройство.
- Интересный вопрос. Почему ты спрашиваешь? – доктор включил аппарат и, не отрывая взгляда от дисплея, начал что-то включать и настраивать.
- Что там сейчас происходит? Я здесь два года или около того, а такое ощущение, что целую вечность.
- Не переживай, солнце всё так же светит, бомб с небес не сыпется. Лучше скажи, как успехи с протезом.
- Ах да, док, странная херь какая-то, опять плохо двигается. У меня даже тест получается хуже чем в прошлый раз. И сегодня с утра болело очень сильно.
- Действительно странно, не может такого быть. Так, я сейчас пока не буду ничего перенастраивать, покажи мне, как у тебя выходит. – хирург нахмурился, поправил очки и начал размыкать фиксатор правой руки.
Рифленые ленты ремней из высокопрочного полимера представлялись отличными кандалами и способны были удержать, пожалуй, даже супермутанта. К операционному столу они крепились на подвижных металлических платформах, с помощью которым можно было придать закрепленному телу любых пропорций нужное положение при проведении операции. Никаким образом разорвать их или выдернуть крепежи было невозможно – даже каким-то чудом завладев острым предметом, ни за что нельзя было бы перерезать путы за считанные секунды. Тратить на это больше времени бессмысленно – успеет среагировать охрана, и на полпути к свободе от оков подопытный оказывается обезврежен шокером, ударом приклада в висок или старым добрым выстрелом на поражение.
Но у Билдерса имелось кое-что получше, чем простой скальпель. Когда доктор освободил механическую руку и приготовился наблюдать привычные пассы, Фрэнк заранее рассчитанным движением схватил ремень левой руки и разорвал его как нитку. Освобожденной рукой он осадил подорвавшегося было профессора и притянул к себе, в это время срывая остальные крепежи. Когда ассистентки, вырвавшиеся было из объятий сонливости, отпрянули в стороны, рейдер уже вскочил с прозекторского стола, держа покрасневшего от недостатка кислорода хирурга за шею.
- Тш-ш-ш! – Фрэнк сделал жест, призывающий к тишине, но его одуревшее выражение лица было куда более красноречиво.
Одна из девушек закатила глаза и осела на пол, лишившись чувств, а вот другая приготовилась издать жуткий истерический вопль. Хирургическая электропила, оперативно схваченная с докторской тележки и брошенная точно в голову, вырубила едва не заголосившую «сирену». В эту секунду мужчина понял, что заложник вот-вот последует их примеру, задохнувшись в чересчур сильных объятиях. Хватка была ослаблена ровно настолько, чтобы главный хирург мог немного отдышаться.
- Кхе…Сорок Второй, вы соверша…кха-а! -  не дав договорить, рейдер снова придушил старикашку - Агх…рха…Фрэнк, что бы ты не задумал…кхе…это плохо кончится.
- Но сначала я вытащу отсюда свою задницу, и ты мне в этом поможешь, док.
- Я при всём желании не смогу этого сделать. Ты зря сделал ставку на меня.
- Не спеши, док. Вон та рыженькая, она тебе родственница или типа того, у вас на халатах фамилии одинаковые. Хочешь, чтобы я оторвал ей башку?
- Нет, подожди, не надо!
- Тогда делай что я тебе скажу, и, может быть, никого здесь не убью. Выведи меня из этого ё**ного Института чего бы тебе это не стоило!
- Ты совершаешь большую ошибку, у тебя ничего не получится…
- Бл*ть, я её сейчас нах*й расп***рашу!
- Ладно, ладно! Что ты хочешь?
- Позови сюда одного сторожа, только спокойно и без выкрутасов.
Доктор был запуган основательно и повиновался указанию без промедления. Едва унимая дрожь в голосе и собирая остатки самообладания, он вызвал охранника. Когда тот, ничего не подозревая, вошёл в операционную, Фрэнк, притаившись за дверью, вырвал из его рук сначала оружие, а затем им же несколько раз огрел по затылку. Оставшийся снаружи охранник, услышав шум, отреагировал более чем оперативно, и мужчина принял единственно верное решение – выстрелил в него из лазерной винтовки, едва тот показался в дверном проёме.
- Ты же сказал, что не будешь убивать!
- Значит, постарайся, чтобы это был последний! А теперь пошевеливайся, мне уже здесь порядком наскучило!

Сколько было преодолено коридоров, сколько ярусов проехали на лифте – Билдерс не считал. Полагаясь на профессора, большую часть времени используемого как живой щит, Фрэнк тащил заложника, как ему показалось, через весь Институт. Исследовательская секция и технические отсеки остались позади, минуя охранный корпус. Единственным выходом из этого адского места, по словам доктора, была телепортационная платформа, и грех было ему не верить – старикашка всерьёз беспокоился за жизни персонала, которые могли пострадать от руки беглеца, и едва не срывался, когда приходилось застрелить подвернувшегося под руку очередного охранника. Лишь благодаря тому, что большую часть пути они прошли, не поднимая тревоги, им удалось добраться до телепорта до того, как этот отсек был заблокирован. Надежды оправдались – хирург действительно обладал большими полномочиями в Институте и имел, кажется, высшую категорию допуска – перед ним открывались все двери, а те, кто пытался этому помешать, либо бросали оружие перед угрозами прикончить седобородого, либо оставались там же, где стояли, с запекшимися и обугленными дырками в теле.
И вот, наконец, телепорт. Билдерс не понимал, как всё это работает, и потому ему казалось, что доктор, химичивший с пультом управления, собирался испортить устройство или сделать ещё какую гадость. Мерзкое верещание тревожной сирены слилось в голове в монотонный гул, и хотя по-прежнему раздражало, уже не сбивало с мыслей. А их-то было очень много, чертовски много, и все об одном – только бы всё получилось, только бы оказаться снаружи. Да только профессоришка что-то медлит, ой медлит! Вот уже слышен топот вооруженных отрядов, мчащихся точно к нарушителям порядка. К обоим – Фрэнк подозревал, что после всего сделанного этого старика рассчитают как пособника или типа того. Он уже не мог надеяться, что удастся прикрываться хирургом как заложником, и всё внутри трепетало от волнения.
- Готово, можно телепортироваться! –вскрикнул доктор и с трясущимися руками отошёл от пульта, словно только что заминировал его.
- Что дальше?!
- Теперь встань на платформу, и я отправлю тебя.
- Куда оно меня отправит?!
- Наружу, на поверхность! Только там наверняка уже ждут, тебя пристрелят сразу же!
- Тогда ты идешь со мной, старик!
- Подожди, я выполнил твои условия, привёл к телепорту!
- Не вынуждай меня дырявить твой лысый череп, пи**р ты гнойный!
- Стреляй, я никуда больше с тобой не пойду! Там тебя убьют, не пройдёт и нескольких минут. А здесь нет никого, кроме нас двоих, и сейчас прибудет охрана.
- Ах ты же ёб**ная сволота! Запускай эту херотень!
- Становись на платформу, я всё сделаю.
Никогда ещё Фрэнк не нервничал так сильно, как сейчас. Руки тянулись к спусковому крючку, чтобы испепелить гада подчистую, но без него рейдер застрянет тут навечно, если, конечно, его самого через минуту не превратят в горстку золы. Иного выбора не оставалось – что бы не ждало Билдерса по ту сторону телепортационного маршрута, оно не могло оставить шансов меньше, чем эта ситуация. И пришлось поверить.
- Заводи шарманку! – заорал мужчина, вбегая на платформу.
Последнее, что он увидел: раскрывающийся шлюз, толпа вооруженных солдат в мерцании красных аварийных ламп, повалившийся на пол и сложивший руки за головой хирург. А затем была вспышка и тишина…

Знакомый запах, что это? Свежий воздух! Свобода? Нет, ещё предстоит кое-что сделать, ещё придётся побегать, пострелять, но это финишная прямая. Свобода…

http://funkyimg.com/i/25o8g.png

Отредактировано Фрэнк Билдерс (2016-02-20 21:04:37)

+2

2

Вы приняты!

Теперь нужно создать свою тему в Хронологии.

Оставить заявку на Заполнение профиля в соответствующей теме.

При необходимости обратиться в Аватаризацию.

Добро пожаловать!

http://funkyimg.com/i/25o8s.png

0


Вы здесь » Fallout: Flames of the Dawn » Принятые анкеты » Шакал


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC